Бездна.

Голоса шли изнутри, и один из них я точно слышал раньше. Я подошел к провалу — он медленно потянулся ко мне, — и заглянул внутрь.

В черноте, испещренной сотнями и тысячами оранжевых точек-глаз, виднелась женская фигура в сером, с развевающимися за спиной крыльями из чистейшей энергии. Она что-то говорила, но до меня долетали лишь обрывки фраз.

— … мне нужно больше времени. Почти… он должен доверять, тогда… станем сильнее, запас альвы…

Лиливайсс? С кем она говорит, там же никого!

Но едва я подумал об этом, из провала послышалось шепчущее многоголосье. Хор из тысяч голосов говорил в унисон, и от него кровь стыла в жилах.

— … не будем ждать ещё триста лет. Ты знаешь цену… поклялась сделать это.

Цену чего? Я сунулся глубже, как голоса стихли — и тысячи глаз одновременно повернулись ко мне.

Портал моментально схлопнулся у меня перед носом, я в ужасе отшатнулся и упал назад. Вода, еще миг назад едва доходившая до щиколоток, сомкнулась над головой, заливаясь в легкие, нос и рот, проникая в лёгкие…

* * *

Я резко дернулся, силой воли подавив в себе желание вскочить с места. Веки словно налились свинцом, не желая открываться.

— Тише, — раздался рядом знакомый голос Анастасии, и в этот момент ощущения стали ко мне возвращаться.

Чьи-то узкие тёплые ладошки нежно водили по моему телу, будто излучая приятное тепло и свет. От ласковых прикосновений по коже побежали приятные мурашки, я невольно улыбнулся — и открыл глаза.

Надо мной стояла Карина Ленда и сосредоточенно смотрела на руки, прижатые ко мне. Впервые я видел её такой сосредоточенной и спокойной. Даже в какой-то мере симпатичной. Весьма.

Третья наследница заметила мой взгляд — и, сморщив аккуратный носик, отдернула руки, тут же принявшись вытирать их о влажное полотенце.

— Тцк… Забирайте его, я закончила, — фыркнула она, отворачиваясь.- И в следующий раз везите сразу в морг, чтобы я не тратила на его реанимацию своё время. Можно подумать, мне больше нечем заняться, кроме как лечить каких-то…

— Спасибо, — я тронул её руку. Девушка покосилась на меня: на её красных от напряжения щеках виднелась испарина, а тоненькая жилетка прилипла к коже. Карина не показывала вида, но ей непросто далось моё лечение.

Стряхнув мою ладонь, она отошла.

— Больше я опричнине ничего не должна, — бросила она кому-то позади меня и, подхватив свою блестящую сумочку, вышла из палаты.

Я повернулся к Анастасии — и заметил, как к моей койке подошел высокий лысый упырь.

Ну конечно же, Темников…

— Анастасия, закрой палату, — сухо бросил он, доставая странный прибор в виде прутка с прорезью. Девушка послушно удалилась, щелкнув замком, я поймал внимательный взгляд опричника. Он посмотрел на дверь — и, хмыкнув, включил прибор.