Вылетаю из дома, хватаю велик. Да, это быстрее будет, чем на авто. Ну и лечу к мосту. А на подъезде, не попадая в поле зрения все еще «вынюхивающего» приезжего, врубаю Бабайку и уже своим ходом мчусь тому за спину.

Вот если бы не удивительная особенность нематериальности, то из-за спины любопытствующего гостя проявился бы не жутковатый тип с каменной рожей, а запыхавшийся и взмокший толстячок с красной рожей. Магия, что тут скажешь.

Когда я внезапно возник из воздуха, приезжий дернулся и не наполнил свои штаны нештатным содержимым лишь по причине бывалости и тертости.

О, Тертый?

Но продолжим театр:

— Чем могу служить, любезный? — выдаю скучающим тоном, пребывая в позе потомственного мажордома в кхе-кхе-надцатом поколении, причем как минимум Темного Лорда, а то и самого Властелина Хаоса. Короче, хавайтесь все.

— Я тут парнишек потерял, на трех машинках подъезжали пару дней назад. Не встречали?

— Они побеспокоили сон Темнейшего, — надо же, какое придыхание я выдал, и вышло даже без тренировки у зеркала. — Их пришлось пустить на ингредиенты.

Ну, да. Конкретно этих я не разбирал. Просто закопали. Но подобных им ведь разбирал? Разбирал. Так что не сильно натрындел.

— Куда? — изумленно переспросил гость.

— Кости, органы, жилы. Кожа на барабан, — бубню, едва не зевая, монотонным голосом. — У вас еще что-то? А то у нас скоро жертвоприношения.

Часов жалко нет, а то бы демонстративно глянул. Однако всё равно решаю поддать адку и с нескрываемым интересом вивисектора в глазах начинаю разглядывать гостя, сопровождая это действо контрольным вопросом, с ужасно наигранной интонацией в стиле «чтобы никто не догадался»:

— А у вас какой вес, вы говорите?

— О… Совсем забыл. У меня ж там… это… опаздываю, в общем я. Моё почтение Темнейшему. Всего хорошего.

— Угу, — с явственным выражением сожаления провожаю ретировавшегося Тёртого пристальным взглядом с поворотом вслед за ним головы, когда как торс неподвижен.

Затем, когда тот уже у машины и украдкой бросает на меня взгляд, я возвращаю голову на, как говорится, 12 часов и исчезаю прямо на глазах зрителя этого вот театра одного актера. Так, а теперь скорее из зоны видимости, чтобы не зафэйлить всю постановку.

Фух. Прокатило. Хотя, конечно, после Тертый уже начнет искать объяснения произошедшему и оправдания самому себе, укладывающиеся в привычную ему картину мира, но сейчас у него на уме только всякая жуткая жуть. Да, не спорю, если он не дурак, то вскоре наверняка попытается чужими руками нас прощупать. Но именно сейчас его валить не стоило. Хоть и легко можно было бы. Всё-таки нужно, чтобы для начала пошли слухи от братвы, кои из машинки наблюдали за происходящим. Слухи о том, что если даже Тертый весь «стерся» рядом с этим отмороженным упырем, со мной всмысле, то значит — простым пацанам ловить в этом гиблом Запрудье нечего.