Это было столь неожиданно, что Джун подпрыгнула на месте, а в голове промелькнула неуместная в данный момент мысль о том, как он мог увидеть в полной темноте, что она снова забыла прикрыть голову. И почему-то стало обидно, что её снова назвали глупой, но творящееся перед глазами мгновенно вернуло молодую девушку в действительность. Джун ещё не успела повернуться, как он продолжил:

— К моему приходу освободи трупы от одежды и оружия. Внимательно проверяй тела на предмет драгоценностей, а только затем бросай в колодец. И приберись здесь! — голос был странный, Джун никогда подобного не слышала, он явно не принадлежал господину Ирчину, да и вообще человеку. Тут скорее подходило какое-нибудь чудовище из страшных сказок.

Она с опаской повернулась, и её взгляду предстал господин Ирчин, это точно был он. Его любимый домашний халат скрывал фигуру, а накинутый на голову капюшон не позволял рассмотреть лицо в неярком свете единственной горевшей масляной лампы. Но Джун словно на глубинных инстинктах чудилась страшная маска вместо привычного лица старого рыцаря.

— Да, господин, я всё сделаю, и спасибо, спасибо, господин! — начала испуганно повторять девушка, нервы не выдержали и слёзы покатились по щекам. А в голове крутилась мысль. Как же верно, что она не поверила россказням Шаора. Как он тогда хвалился, что даже в одиночку легко справится со старым рыцарем. Его смех и слова о том, что из этого старика песок так и сыпется, сейчас казались молодой девушке невероятно наивными. А ведь Джун ему почти поверила, потому как на стороне бандитов в тот момент было больше силы, двадцать молодых и крепких воинов, считай два полноценных отделения. И старый господин Ирчин, израненный за более чем тридцать лет службы, получивший травмы и шрамы по всему телу. Но после той похвальбы Шаора ей хватило всего одной недели в доме старого рыцаря, рядом с ним. Эти ледяные глаза могли принадлежать демону бездны, но никак, никак не старику, из которого сыпется песок! Этот рыцарь вызывал какой-то глубинный страх, а вся банда Шаора не создавала и десятой доли этого впечатления. А главное, Джун показалось, что он знал весь их план ещё до того, как она впервые открыла свой рот и рассказала глупую, банальную, слезливую историю. Нет, она старалась изо всех сил выглядеть убедительной так, как и приказал сделать Шаор. Но когда господин Ирчин сказал, что согласен, она даже вздрогнула, ведь за весь разговор он практически и не моргнул ни разу, не то что выразил как-то свои эмоции. И вот теперь, когда на её глазах почти вся банда Шаора, включая его самого, была безжалостно убита в неравном бою… Да, именно неравном… Потому как Джун даже не успела понять, как всё произошло. Свет сначала потух, потом через десяток ударов сердца снова зажёгся, а вокруг уже лежит шестнадцать мёртвых тел. И судя по состоянию одежды господина Ирчина, его даже кровью не забрызгало, не то что кто-то смог его ранить. Она теперь совершенно точно уверена, что приняла правильное решение, заранее признавшись во всём. Будь иначе, сейчас она лежала бы рядом с этими неудачниками семнадцатым телом, и уже её господин Ирчин сбросил бы в подготовленный в подвале колодец.