Уж не знаю, что там чувствовал Петя в душе, в связи с тем, что я начинал так хозяйничать у него «дома», но для него в любом случае от этого были только плюсы. Ведь доступ туда есть только у него. И в крайнем случае, при самом плохом развитии событий, всё это у него и останется. Что здесь плохого?

Но мне казалось, что Петя не особо возражает. Мы все уже стали чувствовать себя в одной связке. И ресурсами друг с другом тоже делились без вопросов. Сколько раз Маша по первой просьбе использовала свой дар и делала, что у неё попросят? Я тоже ману раздавал своим без ограничений. Алиса в драке никогда себя не щадила и тоже «выжимала досуха». В общем, каждый вносит свой посильный вклад. Петин вклад, это карман, в котором хранятся все наши вещи. И если всё выгорит, теперь там будет очень много вещей!

— Когда можно присылать людей ужинать? — спросил я у девчат.

— Минут через пятнадцать пускай приходят, — ответила старшая.

Я подумал, что не знаю, как их зовут, даже тех, с кем постоянно общаюсь, но решил не знакомиться. Познакомишься с одной, придётся и с остальными тоже, и с ребятами на постах. А столько имён разом я не запомню всё равно. Да и временные мы попутчики. Скоро разбежимся на все четыре стороны, так зачем мозг напрягать и запоминать, кто есть кто?

— Приходить будут не все сразу, чтобы наблюдательные посты не оголять, — сказал я.

— Нам всё равно, всех накормим! — сказала старшая.

— Про себя тоже не забывайте! — подмигнул я ей, — сомневаюсь, что вас нормально здесь кормили.

— Ненормально, — кивнула старшая, — и не забудем.

Я отправился на четвёртый этаж. Заходя к каждой двойке наблюдателей, я всем говорил примерно одно и то же. Алгоритм действий был такой: один из двойки может пойти в столовую через пятнадцать минут, а когда вернётся, пусть идёт второй. Двоим уходить нельзя.

Таким образом, на время ужина количество наблюдателей на постах сокращалось вдвое, но количество самих точек наблюдения оставалось прежним. Но именно сейчас я никакого подвоха не ждал. Нужно было воспользоваться этим затишьем, и все бытовые дела переделать до наступления ночи. В темноте бдительность нужно будет усилить.

— Хочешь есть? — спросил я у Алисы, вернувшись к ней.

— Очень! — просто ответила она, — качнёшь меня маной? Не то чтобы я очень сильно потратилась, но время такое, что лучше быть под завязку.

— Естественно! — сказал я и запустил руку ей в волосы, — но только так, лайтово.

— Хоть как-нибудь, — вздохнула Алиса, — слушай, а яблоки у них там есть?

— Не знаю, — пожал я плечами, — спросишь у девочек. Если есть, возьми сколько захочешь, скажешь, что я разрешил. Если у нашей главной ударной силы яблочная зависимость, нужно её удовлетворить.