Одновременный взрыв почти трех тон ТНТ заставил нас присесть на корточки. Только рота немецких танков с десантом, которая успела миновать мост не пострадала от нашей саперной хитрости. Посколькувзрывчатки было ограниченное количество, то участок дамбы от моста до нашего берега мы не минировали, но зато здесь противника ждали другие сюрпризы. Десант хорошо проредили шрапнелью несколько Т-28 и полковушек двадцать седьмого года, а батарея «сорокопяток» успела подбить пару «двоек». Остальные силы противника успели прошмыгнуть. Пехота спряталась на пшеничном поле, а танки и несколько орудий и минометов вместе с расчетами в прибрежном ивняке.

— Как думаете Александр Андреевич, пойдут в атаку такими ограниченными силами?

— Наверняка!

— После того что было на дамбе и мосту?

— Понты не позволят. Они же думают что это все из области везения и случайности. Да судя по всему это свежая дивизия которая не особо засветилась в боях.

— Почему вы так решили?

— По двум причинам: первая, это если можно так выразится — поведение на поле боя, вторая — дивизии с таким тактическим знаком я еще не встречал. Отсюда вывод — новички!

Буквально через пару минут, разведчики принесли зольдбухи тех, кто остался на дамбе у нашего берега.

— Что я говорил? — произнес я, после того как внимательно осмотрел документы, — 21-й танковый полк, 59-й пехотный полк и 20-й мотоциклетный батальон. Все из состава 20-й танковой дивизии. На всей технике тактический знак — вертикальная стрелка с полукруом. Танковый полк трехбатальонного состава.

— Как вы это определили?

— Большое количество чешских танков. 25-й танковый полк, который мы почти в ноль ушатали под Минском, имел на вооружении в основном чешские танки, и состав из трех батальонов. Тогда удалось вдумчиво побеседовать с командиром полка о многом, в том числе и о об организации их танковой дивизии.

— Расскажите?

— Позже, как нахлобучим уцелевшую передовую роту, правда неполную уже, прилично неполную. Но командирами таких вот передовых рот, немцы обычно назначают как правило самого наглого и безбашенного офицера в полку.

Как в воду глядел, командир батальона по телефону доложил, что его позиции с левого франга обходят прорвавшиеся через мост вражеские танки. И почти тут же телефонная связь с батальоном и с артиллерийским дивизионом нарушилась, а наблюдатедь засевший на дереве сообщил, что около двух взводов пехоты по пшеничному полю подкрадываются к передовой траншее одной из рот батальона.

Подозвал одного из выделенных в мое подчинение связного красноармейца, как мне сказали, в прошлом отличного регбиста: