и есть, ибо ты, видимо, прав, а я ничего не могу сообщить тебе об их тайных намерениях, ибо не помню. Регент глянул на Тизамена и криво усмехнулся: – Теперь понял, что я имел в виду? Если бы этот Латро участвовал в пятиборье, то непременно стал бы победителем. – Это хорошо, что ты не сердишься, господин мой, – сказал я. – Ибо если мы с тобой действительно связаны нераздельно, то, наказав меня, ты тоже был бы наказан. – Нет, ты только послушай, Тизамен! Он и в соревнованиях на колесницах выиграл бы! Но, Латро, друг мой – заметь, я называю тебя своим другом, а не рабом! – тебе, оказывается, ведомы такие вещи, о знании которых ты даже не подозреваешь! Ты ведь не мог вспомнить, как называются крылатые чудовища, пока тебя не спросили, верно? Я кивнул. – Так, возможно, и с тайнами богов то же самое получится! – возбужденно прошептал Тизамен. – Если мы зададим тебе удачный вопрос, разве ты не скажешь великому регенту, если что-то вспомнишь? – Конечно, скажу! – воскликнул я. – Однако, осмелюсь заметить, что хоть, по словам Ио, я некогда и был слугой и мел полы в доме одной жительницы Афин, но все же вряд ли мне доводилось делать это во дворце на Олимпе. – Тогда начнем с более скромных предположений. Ты признаешь, что существует множество богов? – спросил Тизамен. Я отпил вина и ответил: – По-моему, все люди с этим согласны. – Однажды ты сказал великому регенту – и это, без сомнения, правда, – что служил в войске Великого царя? – Да, мне так кажется. – А значит, ты должен кое-что знать о варварах, господин мой. Ведь ты прошел с войсками Ксеркса через всю Персию, ибо тогда они направлялись сюда. Тебе известно, что в Персии поклоняются лишь одному божеству по имени Ахурамазда? – Я ничего не знаю о нем, – сказал я. – Во всяком случае, припомнить ничего не могу! – И все же слушай: персы приносят дары солнцу, луне, земле, огню и воде. Однако, видимо, – сейчас я выступаю с позиций софистов, господин мой, – у них всего один бог. Впрочем, возможно, я и ошибаюсь. Но вот что совершенно невозможно, так это чтобы у них был и один-единственный бог, и много богов одновременно. Ты не согласен? Я пожал плечами: – Порой одно и то же слово употребляют для обозначения сразу двух вещей. Вот, например, когда я, отправляясь с великим регентом в ущелье, грузил необходимые вещи на мула, то привязал их веревкой, а всё вместе это называлось поклажей. Принц Павсаний засмеялся негромко. – Блестяще! Но теперь, когда ты взял верх над беднягой Тизаменом, позволь и мне выступить в роли защитника