«Вы вошли в СферуЛоки: Невидимость, Зеркальность, Космогенность.

Невидимость — объекты внутри сферы Локи невидимы для окружающих.

Зеркальность — для нейтральных и дружественных объектов внутри сферы Локи создаются голографические копии, которые можно перенаправить в нужную локацию с использованием Трикстер-пульсара.

Космогенность — эссенция Космоса в пределах сферы на 100% эффективнее, одноразовые эффекты не пропадают после использования».

Освещенная мистическим сиреневым светом местность поражала своей насыщенностью: в центре созданной сферы находился столбик-генератор, снабженный множеством диковинных крутящихся элементов, вокруг которого было несколько платформ, созданных из гладкого металла с полимерными вставками синтматериалов.

Повсюду лежали недоеденные части тел погибших лучников и инженеров, а также их оружие, вся земля была забрызгана кровью, но центром происходящего была турель. Диковинной вытянутой формы, похожей на какой-то духовой инструмент, она и издавала ранее слышимый мной звук, поливая все вокруг спиралевидными полупрозрачными шипастыми сферами, прошивая плотные телеса Обжор насквозь. Зарядив кинжал, я приготовился перепрыгнуть турель, чтобы атаковать в предполагаемой мертвой зоне, но стоило мне подняться в воздух, как рабочая часть орудия нацелилась в мою сторону. Пришлось резко изменить траекторию, прикрываясь еще одним из пятерки оставшихся Обжор, которые не обращали ни малейшего внимания на неорганическую чертовщину и продолжали уплетать за обе щеки остатки свежего мяса.

Стащив с руки щит, второй рукой я извлек остатки мелких монеток и, разодрав кошель, бросил все богатство в сторону орудия, сразу же увидев, как несвязанные со мной объекты раздвоились. Прыжок, за доли секунды, которые турель рассчитывала опасность приближающихся помех, и взмах кинжалом — механизм распался на две части, надсадный звук стрельбы замолк, а с писклявым сипением из конструкции пошел удушающий дым, на который я очень некстати отвлекся. Тихий свист, с которым рассекают воздух — ощутив боль в ноге, я резко развернулся, испытывая радость и боль одновременно, чтобы увидеть старого знакомого в алом силовом костюме, проявляющегося из невидимости.

Колобки, ощутив присутствие нового угощения, сорвались с места, но третья рука пришельца создала на их пути преграду, вынуждая затрачивать драгоценное время на ее преодоление, пока еще одна сверхскоростная пуля впилась теперь уже мне в руку. Бросок копья — мимо, бросок кинжала — пришелец крутанулся по земле, уходя из-под атаки, и выстрелил снова, попав прямо в ту же рану, лишь на миллиметр в сторону, чтобы расширить повреждение и усилить захватывающую меня боль.