— Значит, — я вздохнул и побарабанил пальцами по столу. — Мы тут отбиваемся от милиции, Цыган везёт груз на комбинат. Кстати, РУОП-то же тогда на его точке засаду устроил, значит, у него контактов среди них нет.

— Это местные, а приедут с Читы, — пояснил майор. — Там якобы его бывшие коллеги. Но они быстро отвянут, мы скажем им, куда стоит переключиться.

— Что дальше?

— Ну а дальше вы защищаете то, что должны, — сказал Кузьмичёв. — Видите, что комбинат используют без вашего согласия, звоните нам, используя свои знакомства. Про вас многие в городе и так думают, что у вас связи с ФСБ. Особенно после того, как вы легко отделались после того происшествия с Богатовым. Да и скорость, с которой вам утверждают все бумаги, думаете, никто в городе этого не видит?

— Дальше? — спросил я.

— Вы звоните нам. Мы отгоняем милицию, вы едете на комбинат, чтобы прогнать их с территории, которая под вашей защитной. Но не одни, а с нашими оперативниками. Там они изымают груз, арестовывают людей, а к вам…

— Никто тебе не предъявит, — громко сказал Ремезов, крутя красную зажигалку в рукой. — Ты своё защищаешь, всеми способами. Они на тебя ментов натравили, а ты нашёл кое-кого покруче. А груз — сопутствующий ущерб, про него вообще речи не шло.

— А Захар?

— Вопрос с Захаром будет закрыт уже завтра. Это наш вопрос, — он переглянулся с Кузьмичёвым.

— А пивзавод?

— Пивзавод оказался не при делах, там занимался Цыган сам, без ведома банды. Для них важно, что вопрос закрыт, а их это не коснулось. Тут некоторых будет волновать, как бы им самим за такое ни предъявили.

— А что Цыган? Если он не даст ответку, его свои же потом сожрут.

Офицеры переглянулись.

— Он скажет тебе сегодня сам, — Ремезов закурил новую сигарету. — Но его бригада будет рада, что выпуталась без сроков и живыми, а он своё дело сделал и теперь сможет уйти.

— Так просто уйти? — удивился я.

— Вот так просто как раз и не уйти, — заявил подполковник. — Если попал в такую банду, живым оттуда не выбраться… поэтому он к нам и пришёл. Семья у него. Но… для пивзавода он пропадёт, и им про то, что он делал, знать нельзя.

— Я тут фильм смотрел, — добавил майор. — Про америкосов. Вот у них кто с ФБР сотрудничает из бандитов, потом могут жить в другом штате с другими документами. А у нас даже таких законов нет, всё сложно. Приходится крутиться.

— От нас не узнают, — я посмотрел на своих. — Поговорю с ним ещё сам. Значит, завтра нас ждут неприятности.

— Большие, и уже сегодня вечером, — Кузьмичёв усмехнулся. — Но ничего того, чего нам решить нельзя.

— У вас всё продумано, — я посмотрел на обоих офицеров. — Но день ещё не кончился, если будут, я буду звонить, если появятся ещё вопросы.