— Всё меняется, Максим, — задумчиво произнёс Ремезов.

— Я знаю, — я глянул на волгу, рядом с которой столпились оперативники.

— Скоро всё будет по-другому, — он закурил снова. — Ну не сразу, конечно, но всё равно.

— Тоже знаю.

— Всё ты знаешь, — Ремезов усмехнулся. — Ладно, сейчас надо поработать, пока все вопросы закроем. Если что, ты эти чемоданы не видел, только алюминий. Остальное для нас.

— Ладно, — я поглядел на восток, где небо уже светлело. — Чую, нам ещё придётся поработать на этом месте.

— А здесь есть, где пожрать?

— Утром откроется, — я показал на посёлок.

— Ну, хорошо, а то день сегодня будет долгим.

* * *

Новозаводск, утро

Захар доехал до гостиницы на краю города. Телефон сел, надо было его зарядить, но зарядку он забыл в номере. Захар матерился про себя, ведь купить её по дороге было совсем негде. Людей с ним никого не было, все остались под арестом. Надо срочно уезжать в Читу, но для этого надо вызвать сопровождение, ведь врагов у него много, а друзей после этой ночи осталось очень мало, если остались вообще.

Он оставил БМВ прямо возле крыльца, перегородив проход. Он так был зол, что по пути по грубо обругал парня-уборщика, едва его не ударив за то, чтоо стоял на дороге. Потом послал матом молоденькую светленькую администраторшу, которая пыталась что-то ему сказать, и зашёл к себе в номер. Здесь он остановился за пару дней до этого, чтобы проконтролировать разгрузку и особый товар.

Надо зарядить мобилу и начать звонки. ФСБшник откуда-то знал, что именно идёт в грузе алюминия. Цыган сдал, по-любому, надо подсказать Крюкову, чтобы избавился от стукача. Но или пусть крыса сидит в этой банде, какое Захару дело? Потом всем покажет, и фсбшнику, и Цыгану, и даже тому Волкову из ЧОПа, который работал с чекистами.

И пусть все влиятельные знакомые какое-то время будут делать вид, что не знают Захара, он всё ещё оставался авторитетным вором. Так что не пропадёт, даже если каким-то чудом его посадят. Конечно, не очень хотелось из роскошного особняка переезжать на нары, но всё равно на зоне он будет как дома. Тем более, из сорока пяти лет своей жизни он отсидел в общей сложности двадцать.

Он резко вошёл в номер, не закрывая дверь, но она вдруг захлопнулась сама, и кто-то провернул ключ изнутри. Захар, не оборачиваясь, понял, что хотела сказать ему администраторша, а он не стал слушать. Она хотела намекнуть про гостя в номере, а он её послал.

— Не, я понимаю, Захар, — сказал человек позади него. — Ты Гошу сначала хотел ослабить, поэтому за меня первым взялся. Но я выжил.