— Колька-сосед унты новые продаёт, — продолжал дед. — Разных размеров. Взять надо на зиму, а то прошлой вон холодно было, в дутиках ноги мёрзли. И куртку потеплее. И угля по осени. Камаз надо брать, в прошлую зиму не хватило, всё истопили.

— Возьмём, деда. Уголь обязательно надо.

Ну да, дровами тут и не протопишь, не напасёшься ими. Топили углём, каждый день сжигая несколько вёдер, ведь холода по минус сорок — вполне обычная история для этих мест.

— Кирюха, — дед посмотрел на него. — А ты сможешь мне Коломбо записать серию? — он показал на видак, который стоял у телевизора. — Вечером к Анюте поеду в Шахтогорск, у них плохо ловит.

— Угу, запишу, — промычал Кирилл.

— А то она ногу сломала, за коровой идти не может, сам схожу. Тебя бы послал, да куда, ты ещё вон, болезный совсем, а Максиму некогда.

— Угу.

То ли он не выспался, то ли что-то ещё. С девушкой, может, поругался? Закончив завтракать, вышли с ним посидеть на крыльце. Сегодня тепло, нежарко, ветер почти не дул. Соседи через пару домов слушали Леонидова, популярную на то время песню:

— Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она…

— Что такое, Кирюха? — я легко пихнул его в бок. — Настроения нет?

— Ты при деде так не скажи, — прошептал он с лёгкой усмешкой и повернулся. — У него на это один ответ — дрова иди колоть в баню.

— Ну да, а ты что хотел? Ну, чего стряслось-то?

— Глеб скоро приезжает с отцом, — брат вздохнул. — А то зашкерился куда-то, думал, будто мы забудем.

— Я уж точно не забыл. Съездим с тобой к нему, разберёмся. После этого уж точно ничего такого не замыслит.

— С ним уже и здороваться никто не будет, — Кирилл потёр ладонь. — Ну да его дело, сам виноват. Я тут за него, а он… ладно. А у тебя когда машина вернётся? — он будто с облегчением перешёл на другую тему.

— Покататься хочешь? Заберём, за город съездим, порулишь. А вот на выходных этих может…

— На речку может, пацаны? — Женя открыл калитку. — Давно не плавал. Сегодня как раз снилось, как мы тогда с тобой, Волк, пошли пешком туда, после восьмого класса. Помнишь?

Уже в форме, выбритый, готов работать. В руке бутылка, но не пива, а буратино, который делали на пивзаводе.

— Картошки тогда в золе напекли, — продолжал он. — А я у дяди Серёжи чеплашку пива стащил. Весело было, всю ночь у костра сидели.

— А я помню, как дед вам утром обоим ремнём всыпал, — Кирилл засмеялся. — И тебе, Макся, и тебе тоже, Жэка, досталось за компанию.

— Ну да, кхе! Бати-то уже не было, а деда Боря за мной приглядывал, чтобы чего не учудил, — он сел на крыльцо между нами. — И приснилось, будто Славка к нам пришёл на берег… не наш, вы этого не знаете, другой. Он с Ростова, тоже с нами на Кавказ ездил, приколист… был. Ладно, покурим.