Слава сидел на скамейке, рядом с ним один из кандидатов, Денис Машуков, бывший капитан.

— Прошёл комиссию? — спросил я, пожимая ему руку, осторожно, а то моя правая всё ещё болела.

— Только заключение осталось подписать, — Машуков кивнул. — Я рано пришёл, не так понял, думал, с утра будет.

— Мы с обеда начнём, но объект на охране, пусть и не круглосуточной. Так что присматривайся. Что-нибудь изучал раньше? — я показал на ринг.

— В армии. А до неё джиу-джитсу. Раньше было в Новозаводске, в подвале, нелегальное.

Я поглядывал в окно во время разговора. Надо понять, появятся ли эти блатные гости, или нет. Заодно вспоминал детство, когда все пацаны разделялись по местам, где жили или учились.

Ходили улица на улицу или школа на школу, но иногда все вместе объединялись и даже звали черёмушкинских, когда надо было драться с «городскими» на дискотеке. Так мы называли живущих в городской части Новозаводска за железнодорожной линией.

Со временем большинство этих групп рассосалась, когда пацаны повзрослели и у них появились другие проблемы. Но часть, наоборот, в начале 90-х стали серьёзными группировками, вроде тех же Черёмушек. От последних остался только Череп и его бригада, которые сейчас ходили под мясокомбинатом. Другие, кто не смог выплыть, так и сгинули.

Ещё были более мелкие дворовые и уличные банды, которые мало отсвечивали за пределами своего района. Вспомнился и Витя Камень с его хлебзаводскими малолетками, которые напали на Кирилла.

Есть и другие, почти все исчезнут, появятся новые. Прекрасно помню уже из зрелого возраста всю эту шпану, убивавшуюся по блатным понятиям, они ещё повсюду ставили свои аббревиатуры и вымогали деньги у ровесников. Но до них ещё далеко.

Вот сейчас это возможно или один человек или мелкая банда шпаны, которая не брезговала заниматься настолько мелким рэкетом, чтобы грабить школьников и детдомовских. Наверняка у них лидер — сам ещё сопляк, отсидевший на малолетке и гнувший перед всеми пальцы. Ну или кто постарше, как тот же Камень.

Время шло к обеду, скоро занятие закончится, а у главного входа в ДЮСШ появилась небольшая компашка, которая очень громко ржала каждые две минуты.

Это были несколько парней в майках и спортивных штанах, типичная молодёжь этого времени. Большинству лет по пятнадцать-шестнадцать, а их старшему, высокому и тощему парню наглого вида, было лет двадцать пять. Вот точно такой же, как тот Витька Камень, которого я сегодня вспоминал, так же общался с малолетками, которые считают его крутым авторитетом. Только тот — здоровый качок, а это просто дрыщ, которого соплёй перешибёшь.