Я кивнула.

После непродолжительного молчания Вонсон произнёс:

– Я всё ещё против твоего участия в этом деле, но должен признать: разумное зерно в этом всё же есть. Если полиции удастся поймать убийцу, останется только проследить за тем, чтобы никто не связал наш вебтун с этим делом. Думаю, несколько полезных знакомств с репортёрами помогут нам избежать этого.

Я с облегчением вздохнула.

– Спасибо, Вонсон, – лёгкая улыбка появилась на моём лице, – за помощь и за то, что не отказываешься от работы со мной.

– Должен признаться, твоё молчание по поводу того, через что тебе приходится проходить, с одной стороны, огорчает, но с другой – я прекрасно знаю, что ты за человек и вряд ли бы поступила иначе. Поэтому сейчас позволь мне помочь, Лина. Мы в одной лодке.

– Публикацию вебтуна нужно остановить или отложить, чтобы у полиции появилось больше времени.

Вонсон кивнул.

– Да, сержант Пак говорил об этом. Мы можем настаивать на задержке публикации новых глав на неделю, не больше. – Я нахмурилась и, заметив моё выражение лица, мужчина добавил: – Ты не знаешь всех нюансов, но права на вебтун принадлежат издательству лишь отчасти. Мы предоставили текст и основную идею, вся остальная работа легла на плечи госпожи О Саби, когда мы заключали с ней договор, это было единственным способом сократить последующие затраты на проект.

– Нужно с ней поговорить, – произнесла я, – она пойдёт навстречу, не думаю, что ей тоже хочется быть как-то причастной к тому, что происходит.

– Да, я уже написал ей на электронную почту и передал информацию её родителям, но О Саби не изменяет своим привычкам и просматривает рабочую почту только раз в неделю и, насколько мне известно, ездит для этого в интернет-кафе.

– Джинхо… – начала я, но затем поправила: – Сержант Пак Джинхо рассказывал, что несколько лет назад её преследовали.

– Верно, – кивнул в ответ Вонсон, – его до сих пор не поймали, поэтому паранойя Саби лишь прогрессирует. А ведь она невероятно талантливая художница! Ей приходится отказываться практически от всех возможностей, поскольку страх перед одним человеком поедает её изнутри.

Издатель что-то продолжил говорить дальше, но я уже его не слушала, а задумалась над судьбой О Саби и о том, что вполне могла бы оказаться на её месте, если бы Ким Минсока не поймали. Как бы там ни было, с художницей нужно было поговорить. С такой паранойей она наверняка смогла что-нибудь заметить.

– Есть хорошая новость, – выпалила я, перебивая Вонсона, – я закончила работу над текстом, сегодня смогу его прислать, и ты запустишь его в работу.