– Всё ещё считаете, что у меня нет должного таланта для написания книг? – спросила я и почувствовала, как от моего язвительного тона загорелся кончик языка.
– Наоборот, Лина, – ответил Ким Гитэ, и глаза его слегка потемнели, – в тебе заложен огромный потенциал, который можно реализовать в любой деятельности, и такое встречается крайне редко, поэтому это настолько ценно. Ты просто реализовала его в бесполезном для тебя поле.
Последние слова он произнёс мягко, но я почувствовала их как пощёчину на своём лице.
– Такие, как ты и я, – продолжал он, – должны заниматься тем, что в дальнейшем принесёт огромную пользу всему обществу. Раньше ты помогала ловить преступников, и если бы продолжила, то сейчас они боялись бы одного твоего имени.
– Да, сейчас моё имя только восхищает серийных убийц, – горько произнесла я и посмотрела на Ким Гитэ ещё раз. Вот уж действительно, люди не меняются. Ни один мускул не дрогнул на его лице после моих слов.
– Это можно исправить, Лина, – проговорил он.
Я поднялась со своего места, легко поклонилась и направилась к выходу. Приоткрыв дверь, я обернулась и сказала:
– Раньше мне было не подобрать слово, которым я хотела описать всё это, – лёгким движением я обвела рукой обстановку вокруг, – но теперь, кажется, знаю. Пережиток. Все эти грамоты и награды не имеют никакой ценности для современного общества, только для старика в кресле, который даже не в силах произнести слово «нет».
Я вышла в коридор и со всей силы захлопнула за собой дверь.
Глава 4 Откровенное презрение
Я не помню, как выбежала из кабинета Ким Гитэ и покинула здание. Внезапная встреча с наставником взволновала меня намного сильнее, чем я того ожидала. По телу пробежала дрожь, как только в голове снова эхом послышались его интонации. Я пришла в себя, когда оказалась в машине сержанта Пака.
– Всё в порядке? – Голос Джинхо звучал слегка встревоженно.
Пожалуй, из всех возможных встреч с людьми из прошлой жизни я хотела бы избежать именно той, которая только что произошла, даже несмотря на то что в скором времени мне придётся встретиться лицом к лицу с монстром, который, вдохновившись «Руководством к убийству», забрал жизни тринадцати человек. Ким Гитэ не наводил на меня ужас, но от его присутствия сдавливало горло, становилось трудно дышать, потому как каждым своим словом он словно устанавливал над тобой контроль, и если вовремя не вырваться из этой хватки, то был риск стать его послушной марионеткой.
Он относился ко мне намного строже, чем к другим своим подопечным. Если кто-то справлялся с его тестом на девяносто восемь процентов, я должна была справиться на девяносто девять, чтобы получить похвалу. Если не получалось, он специально придумывал для меня какое-нибудь задание, тем самым заставляя штудировать гораздо больше материала, чем любой другой его ученик.