Людоедку качнуло вперед, и удар, причитавшийся мне, угодил ей прямо по затылку. Я резко повернулся набок, и, скинув с себя тело, встретил противника стрелой в живот. Выдернул окровавленное древко и несмотря на то, что оно скользило в руках, еще семь раз ударил ублюдка в потроха.
Когда обернулся на своих, все уже было кончено. Полсотни тел дикарей усеивали поляну.
— Ты как? — подошла ко мне Весна. — Взгляд ошалелый.
— Я еще из боя не выпал, — шумно дыша поведал я и заметил, что наруч у девчонки пришел в негодность, от множества укусов.
Мы подсчитали потери. Погибли всего трое, но ранены были почти все. Самое стремное, что теперь воняли кровью за километры, а еще куча воинов лишилась пальцев. Не слишком теперь удобно держать оружие. Пока зелье подействует, уже успеешь еще раз получить на орехи.
— Прокатишь? — спросила рыжая.
Как ни странно, убили только кобылу Весны. Несерьезно ранили еще несколько копытных.
— Нихрена, — замотал я головой. — В телегу прыгай. Моя Нео и так не особо быстрая. Да и глупо двоих стрелков на одно животное, лукарю с воином надо ехать.
— Еще идут! — подал сигнал разведчик.
— Быстрей, уходим! — горланил Барий.
Дорога дальше обрывалась, и отряд ломанулся просто за головными ездоками, ломая кусты. Перволюды подошли в еще большем количестве, но не погнались, они подняли кобылу Весны и потащили её на руках как короля. А вот над остальными телами склонились, досматривать я не стал и так понятно, что не пульс щупают.
— Ебанный лес! — выругался Симба.
— Спокойней, друг, — ободрил его я. — Мы еще нимф лесных не видели. Может, тогда ты поменяешь своё мнение.
— О! Анекдот про лешего вспомнил, — уже сам поймал веселую волну разбойник. Он вообще отходчивый как ребенок, пальцами щелкнул, и вот уже его внимание переключилось.
Отряд снова вышел на дорогу. Потоптался на развилке, и все же определившись с направлением, снова набрал ход. Мы уже отошли от происшествия, следующего привала может и не быть, а потому я задумал сейчас решить вопрос с Зайчаной.
— Эй, трусиха, шаг замедли, — обратился я к ней. И мы чуть отстали, чтобы остальные не слышали разговора. — Ты можешь свои эмоции так ярко не расплескивать, чтобы остальных брызгами не задевало? Место и без того жуткое, а ты еще больше впечатлительных пугаешь.
— Я постараюсь, — виновато опустила глаза она.
— Давай мы тебе рот завяжем? — уже веселее предложил я.
— Оставь свои фантазии при себе, извращенец, — отшутилась девчонка.
И вот что с ней делать? Не факт ведь, что она себя контролировать сможет. А если в критический момент её паникерство переломит ход битвы? Надо будет поднажать, упереться последний раз, а тут Зайчана со своим «Всё пропало!». Ладно, посмотрим. Последний шанс дадим.