— Англичанам это не понравится, — уверенно заявил Константин Николаевич, прежде чем я успел хотя бы рот раскрыть. — Их политика подразумевает сохранение в Европе равновесия. В предполагаемой же войне, любая из победивших сторон получит несомненное преимущество.

— Вот видите, — сказал я. Рефлексии главных игроков на мировой шахматной доске лично меня занимали не меньше чем членов правящей семьи. Но я, в отличие от них, варианты возможных действий имперской дипломатии обдумал уже давным-давно. — Вы сами, Константин Николаевич, сказали: победивший получит все. Но что, если победившего не будет? Что, если после нескольких лет изматывающей войны, стороны вынуждены будут разойтись ни с чем?

— Несколько лет? — пораженно воскликнул Бульдожка.

— Не будет победителя? Как такое возможно? — одновременно с регентом, вскричал князь Константин.

— Герман Густавович хочет сказать, — с явно показной ленцой, проговорил князь Владимир. — Что и в наших, и, как не странно — в интересах Лондона, будет искусственное затягивание этой войны.

— Полагаю, они справятся и без нас, — кивнул я. — Однако же, кабинету Дизраэли следует намекнуть, будто бы мы прикладываем к тому все силы.

— Нет, — едва не прорычал Александр. — Это не византийские интриги. Это уже просто какие-то дьявольские козни! На войне убивают! И чем дольше она длится, тем больше будет трупов. И тем больше на наших душах ляжет грехов.

— Это не остановило Англию, когда они организовали поход Наполеона на Москву, — Владимир скривил губы в презрительной гримасе. — Не будь таким наивным, Саша. В гранд политик нет места обычной нравственности. Империя превыше всего! Помнишь, как не раз говаривал Никса? Если в итоге этой интриги выиграет только Россия, значит, мы все верно сделали. Друзей и союзников, кроме армии и флота, у нас нет.

— Но как? — выпучил и так вполне выдающиеся, рыбьи, глаза Константин. — Как мы можем не позволить одной из сторон победить? Военная удача весьма переменчивая дама. И не станет подчиняться циркулярам из канцелярии кабинета министров! Да и потом! С чего вы взяли, что пруссы с галлами будут вынуждены пойти на мирные переговоры стоит того нам того захотеть?

— Ну что вы, дядя, — в речи Бульдожки даже самый тщательный исследователь не смог бы обнаружить и малейшей доли уважительности. — Это-то как раз очевидно! Им придется начать договариваться, стоит нам лишь одолеть турка, и захватить проливы.

— Конечно, — рассмеялся главный разведчик империи. — Англия вряд ли может себе позволить наше усиление. Но один голос против, мы можем и не услышать. Лондону придется организовывать активное нам противодействие на дипломатическом уровне. А для этого, в первую очередь, нужен мир в Европе.