— Лучше домой, сэр Август. И настаиваю, чтоб мой спаситель непременно посетил мое скромное жилище. Я нынче без прислуги, но чай смогу заварить и без них.

— Оу, — округлил глаза мумми-троль. — Это большейшая честь для меня. Мне сообщали, что далеко не каждый из посланников иных держав, мог бы похвастаться посещением вашей резиденции.

Да как они вообще друг друга понимают⁈ Вот выдал этот жизнерадостный толстяк, что английские шпионы давно за мной присматривают, и он в курсе моих встреч с германским посланником, бароном Радовицем. Дальше что? Как я должен был к этому относиться? Как реагировать и чего отвечать?

— Да-да, вы правы, — сокрушенно покачал я головой. — Так уж вышло, что я весьма далек от высокой дипломатии, и боюсь показаться людям вроде вас ужасающе скучным.

— Оу, вовсе нет, ваша светлость. Вовсе нет! — взмахнул пухлыми ладошками Лотфус. — Ни для кого не секрет, что вы на все имеете собственное, часто весьма… да. Весьма парадоксальное видение. Нам, как вы изволили выразиться, людям высокой дипломатии, иногда полезно взглянуть на проблемы с другой стороны.

Британец дернул бровью и добавил, особенно тщательно выговаривая русские слова:

— Во всяком случае, барону Радовицу приватные разговоры с вами очень помогли.

— Вот как? — деланно удивился я. — Удивительно. Право, удивительно. В разговоре с эмиссаром Бисмарка я всего лишь очертил круг интересов моей страны…

— Оу, конечно-конечно, — ладони, похожие на руки фарфорового пупса, вновь вспорхнули в воздухе. — Отсюда, из Санкт-Петербурга, все выглядит несколько иначе… чем, скажем, из придонских степей.

— Абсолютно с вами, сэр Август, согласен. Абсолютнейше! Иначе. Совсем, знаете ли, по другому, — хотелось засмеяться прямо в лицо этому заезжему словоблуду. А приходилось лишь светски улыбаться. Интересно, а неудачливостью можно заразиться? — А вот и мой дом. И дождь так кстати закончился. Идемте же пить чай, сэр Август. Идемте.

— Отличный чай, — соврал дипломат, совсем немного отпив из фарфоровой, китайской чашки. — Вам присылают его из Китая?

— Истинно так, — легко согласился я. Никакой здесь тайны не было. Русские купцы из поднебесной империи ежегодно вывозили сотни тонн сушеного чайного листа. И популярность напитка все еще продолжала расти. Вместе с ростом покупательской способности, конечно же.

— Ваша страна сумела завоевать в Китае вполне устойчивые позиции.

— Наши пушки лучше, — пожал я плечами, намекая на постоянно присутствующий, на северо-западе обширной страны, в Синдзяне, крупный воинский контингент российских войск. Так сказать, миротворческий. Ну и за одно, в качестве постоянной угрозы вторжением в раздираемую бунтами и восстаниями древнюю империю. Вторая крупная группировка императорской армии постепенно собиралась в окрестностях активно расстраивающегося Владивостока. Штыки и пушки, как оказалось, достаточно мощный аргумент в спорах о торговых преференциях для русских купцов. А толи еще будет, когда железная дорога дотянется хотя бы до Иркутска⁈ — А когда достроим железный путь до океана, их станет еще и больше. На много, на много больше, чем когда-либо было у Китая.