— Оу, несомненно, — отставил на блюдце чашку, из которой, кстати, так больше и не отпил, сэр Август. — Вашему положению можно только завидовать. Россия — единственная держава, обладающая одновременно и окном в Европу, и дверью в Восточные страны. Паровозное сообщение с различными частями вашей страны просто насущная необходимость.

— Как и каналы для Владычицы Морей, — отсалютовал я чаем.

— Вы, должно быть, имеете в виду строящийся канал в Египте? — невесть к чему решился уточнить лорд Лотфус. Можно подумать, где-то еще пытаются построить нечто подобное.

— Именно, сэр Август. Именно!

— Вы обладаете какими-то известиями, о которых — легко могу это допустить — еще не известно моему правительству, — констатировал, лишь на миг задумавшись, британец. — Не поделитесь?

— Охотно, — улыбнулся я. — Однако прежде хотел бы услышать: с какой целью вы, посланник Британии, искали со мной встречи? Ведь не случайно же Август Уильям Спенсер, лорд Лофтус в дождь, когда добрый хозяин собаку на улицу не выведет, проезжал набережной Фонтанки⁈

— Хо-хо, — британец сделал вид, будто бы ему понравилась острота, которая ей совершенно не была. — Собаку — это удивительным образом, верно подмечено… Но вы, конечно же, правы, ваше высокопревосходительство. Конечно же, правы. Дело касается этой… неожиданной… Да, действительно, неожиданной войны.

Я пожал плечами. Если англы не понимали, что когда германец начинает заряжать ружье, значит, он собирается воевать, так это исключительно проблема англов. И не с лучшей стороны характеризует их хваленую разведку.

— И чего же с этой войной не так?

Риторический вопрос, ввергший, тем не менее, англосакса в некое подобие ступора на целую минуту. Я же внутренне наслаждался ситуацией. Это был мой ответ эзопову языку профессиональных дипломатов. Вот пусть теперь помучается, в попытке разглядеть смысл в последней моей фразе! В переводе на английский, это был просто какой-то странный набор слов.

— Что не так? — решился все-таки уточнить посол. — Что может быть не так с войной?

— Вот и я, сэр Август, удивляюсь.

— То есть вы, Герман Густавович, полагаете, что с этой неожиданной войной все так?

— Да нет, наверное, — снова нанес я коварный удар по мозгу иностранца.

— Оу, — обрадовался лорд Лофтус. — Это я уже слышал. Это ведь значит, что вы неуверенны? Верно?

— Что-то в этом роде, — огорчился я.

— Должно быть, вы тоже уже осведомлены, что существенный военный контингент Германия сосредоточила на границе с Бельгийским королевством? Разве это, как вы изволили выразиться: так? Мне представляется, что и вы, и ваше правительство, и его императорское высочество, регент Александр, и, несомненно, князь Бисмарк прекрасно понимают — едва немецкие войска перейдут границу Бельгии, как Великобритания вступит в войну!