— Уже вечер, скорее, — произнесла женщина приятным грудным голосом, оглядев меня с ног до головы. — Так вот ты какой, ворожей Горин.

Я тоже не отказал себе в удовольствии разглядеть свою собеседницу и ее спутника. И если ворон был вполне себе заурядной птицей, разве что более крупным, нежели его городские собратья, то девушка оставляла двойственное впечатление. Она не была красивой в привычном смысле этого слова, но при этом она была обворожительна.

Даже не знаю, как именно это объяснить, но все же постараюсь максимально точно донести свои ощущения. Бывают женщины, обладающие набором стандартных внешних качеств, благодаря которым общество определяет этих дам в разряд «красоток». Длинные ноги, красивая грудь, выгодно подчеркнутая одеждой, чистая кожа, ухоженные волосы, дорогой маникюр, правильные черты лица, выразительный взгляд, чувственный рот, ровный прикус и сияющая белизна зубов — все подобные характеристики являются неотъемлемой частью сетевой культуры и делают одну стандартно красивую девушку неотличимой от других таких же. И именно из-за этого обесценивают подобную женскую красоту в целом. В лентах соцсетей и на сайтах знакомств таких «красоток», что грязи. Листаешь карусель и уже на пятой или шестой девушке перестаешь видеть между ними различия.

Но в той женщине, что стояла сейчас передо мной, красота была выражена в изъянах, причем эти изъяны были буквально во всем. Навскидку ей было от тридцати до сорока лет, причем было ясно, что она могла себе позволить выглядеть куда моложе, но сознательно этого не делала. Она не была высокого роста, скорее, ниже среднего, о таких часто говорят «полторашка». Но этой женщине шел именно этот рост. Будь она чуть выше или чуть ниже, и общее впечатление смазалось бы. Кстати, на фоне ее роста и без того крупный ворон, сидящий на ее плече, выглядел настоящим гигантом. Видимо, у питомцев детей ночи иметь неестественно крупные размеры — норма.

Я продолжал довольно бесцеремонно разглядывать свою опасную гостью. А чего мне, собственно, стесняться? Если верить коту да и все той же Варваре Петровне, упокой Род ее душу (о как я оперился уже, по-чародейски балакать начинаю!), то жить мне осталось всего ничего. Так зачем же лишать себя эстетического удовольствия? Передо мной стояла уверенная в себе женщина в коротенькой по нынешней зиме шубке, под которой угадывался строгий брючный костюм. Девушка оказалась обладательницей странной и очень смелой для ее возраста прически. Левый висок ее был полностью выбрит, что вовсе не портило впечатления от огненно рыжего полукаре в целом. Ее внимательный взгляд притягивал и удивлял — она страдала одновременно и анизокорией, и гетерохромией, то есть зрачки ее были разной величины, а радужки отличались по цвету — левый глаз был изумрудным, а правый — карим. Странное сочетание этих глазных аномалий по какой-то причине очень шло ворожее. Чуть вздернутый кверху носик, тонкие, но чувственные губы, белые, но не идеально ровные зубы с приличного размера диастемой завершали ее образ.