— Заткнись, Корнилова! — она привстала и выставила палец в сторону брюнетки. — Твои парижские баночки — дрянь, потому что наши крема в слепых тестах рвут их в клочья! Я тебе лично пришлю пробник — намажешься и будешь неделю ходить с кожей, как у младенца. Только не привыкай, а то потом без наших кубанских кремов вообще жить не сможешь.

— Ой, боюсь-боюсь, — Анжелика театрально закатила глаза. — Только не присылай ничего с запахом сена, а то я чихать начну.

Я поднял ладонь, обрывая перепалку, пока они не сцепились.

— Стоять, барышни! Вот об этом я и говорю — Арина, у тебя вроде как продукт мирового уровня, упакованный как корм для свиней. Деникины давят вас тарифами, потому что вы зависите от «железки». А косметику… — я сделал театральную паузу и улыбнулся, — её можно возить чем угодно. Грузовиками, курьерами на мотоциклах, да хоть в багажнике машины Энджи. Такие грузы нельзя просто взять за горло, перекрыв ветку на «железке».

Арина повернулась ко мне, на её лице проявился тяжелый мыслительный процесс. Через несколько секунд, судя по всему, щёлкнул тумблер понимания. Она замерла, потом медленно расплылась в улыбке — такой хищной и довольной, что я захотел её поцеловать прямо при Анжелике. Сдержался, к счастью.

— То есть… если я, мы… сделаем премиум-косметику… То мы просто выйдем из-под их удара? — поразилась она.

Мне хотелось кататься по полу от смеха — не знаю, как я сдержался.

— Именно, — поднял я палец. — И это будет идеологический плевок в морду Деникиным. Они — обнаглевшие железнодорожники, считающие, что держат страну за яйца. А вы покажете: настоящая элита зарабатывает не тоннами, а граммами. Один флакон духов — по цене аренды вагона для перевозки угля. Маржа — космическая!

— Ага, бизнес мечты, — протянула Анжелика сладким голосом и посмотрела на Арину: — Ты, рыжая, просто завидуешь — ведь мои духи стоят тысячи, а твои… сколько там? Пять рублей за кило пшеницы? Хотя, если добавить туда немного навоза, можно и за десять продать — как органику.

— Завидуй молча, Корка, — Арина показала ей язык, но уже без злобы. — Скоро ты будешь умолять меня о пробниках. И я тебе дам, но только самый дешёвый, чтобы ты знала своё место. И ещё запишу в журнал: «Доброволец Анжелика Корнилова — получила экспериментальный крем для проведения клинических испытаний. О побочных эффектах предупреждена».

— Мечтай, — фыркнула Анжелика, но тоже с улыбкой. — Я лучше продолжу заказывать в Париже — там хотя бы не пахнет свинарником!

— Девочки, — едва сдерживая смех, я решил вмешаться, — вы сейчас друг друга кремом закидаться начнёте? Или может быть пора перейти к делу?