— Это лишь гипотеза. Я тоже не знаю истину, — пожимает плечами умертвие. — Но почему-то я уверен, что по-настоящему пройти Башню даже боги не смогут. Когда я восходил, ходили слухи о том, что Башня Испытаний имеет тысячи этажей. Или что она даже бесконечно растет вверх. Во второй вариант мне верится с трудом, так как Архитектор Решений не смог бы построить бесконечное количество этажей, к тому же каждый этаж имеет определенный смысл и задачу.

Это заставляет задуматься, конечно. Если это правда, то восхождение теряет смысл, дойти до вершины практически невозможно. Значит, и покинуть строение никак нельзя? Этот вопрос задаю вслух.

— На самом деле ситуация немного иная, но с этим связаны события более высоких этажей, поэтому я не могу тебе сказать что-то конкретное.

Альмадомар не сказал ничего прямо, но я понял, что на самом деле есть какая-то возможность покинуть Башню, но для этого нужно будет как минимум пройти этот и следующий этажи. И правда, если восходители заходят в Башню, чтобы никогда из нее не выйти, то какой вообще смысл в этом сооружении будет? Боги и фракции Конгрегации так или иначе получают выгоду от происходящего, иначе бы не тратили ресурсы. Поэтому очевидно, что администраторы на самом деле не будут заставлять восходителей доходить до вершины Башни Испытаний, которую они и сами небось достичь не в силах.

— Значит, моя мечта в изменении Башни Испытаний становится все более несбыточной. Трудно изменить то, что ты даже не в состоянии покорить, — говорю больше самому себе, но Альмадомар с интересом посмотрел на меня.

— А зачем вообще менять это место? Ты не похож на человека, который жаждет власти. Хочешь сделать так, чтобы этажи были наполнены добротой и розовыми поняшками? — собеседник широко улыбается.

— Было бы забавно, но нет. Меня бесит то, что на восходителей, особенно в начале, смотрят на скот, отправленный на убой. Как на детей, брошенных в бурную речку, чтобы оценить волю к жизни и способность быстро учиться. Не говоря уже о том, что некоторым даже не дают шанса себя проявить, отправляя на верную смерть на «Кладбище бессильных». Но я живое доказательство того, что это было ошибкой.

— Смелое заявление, но ты аномалия, которой повезло. Всего лишь исключение. Какой бы жестокой ни казалась Башня Испытаний, восходители не смогут пробуждать в себе настоящие силы, если не будет давления извне. Если бы я был главным администратором, то устроил бы все именно так.

— Да, я могу считаться ошибкой выжившего, — с аргументами Альмадомара спорить трудно. — Но я уверен, что это не единственный путь. Попробую выразить словами иначе…