— Дальше не поедем, — подал Северов водителю знак остановиться. — Они объявили, что если кто-то подойдет ближе чем на десять метров, будут открывать огонь на поражение, без предупреждения. И чтоб никаких переговорщиков. Говорить будут только с тобой.

— Понятно. Сразу на вшивость проверяют, — кивнул я.

— В смысле?

— Ну, как же? В лицо они меня не знают, а стрелять обещали в любого, кто приблизится. То есть, я должен идти к воротам, махать руками и кричать что-то, вроде: «Не стреляйте! Я ваш командир!» Как тебе картинка?

— Да, глуповато будет смотреться.

— Вот и я о том же. Хотят сразу опустить и на место поставить. Показать, что им плевать на любое начальство. И что это они нам нужны, а не мы им.

— Об этом я как-то не подумал, — потер подбородок господин советник. — И что теперь? Может, флаером? Там было поле для мини-футбола и корты. Найдешь, где сесть.

— Нет. Сыграем по их правилам. Придется продемонстрировать крутизну. Сработать в наглую. Так быстрее дойдет. Не придется потом каждому объяснять, — засмеялся я. — Или ты думаешь, что после всех тех бункеров меня испугает шайка зеков. К тому же, не особо и вооруженная?

Северов посмотрел на меня, помолчал и кивнул.

— А ты изменился, Леонид. Заматерел, что ли? Нет, ты и в тот раз, как мы впервые встретились, не казался испуганным мальчишкой. Но теперь от тебя буквально фонит властностью. Уж поверь, пришлось повидать не только назначенцев, но и настоящих лидеров.

— Бросьте, — мне почему-то стало неловко. Нет, я конечно же, то и дело, мысленно примерял на себя корону спасителя человечества, но не думал, что это так заметно. — Никакой я не лидер. Просто, пережил многое в последние дни. В общем-то, даже с жизнью простился… Вот и наслоилось. Пройдет.

— Это ты брось, — серьезно ответил Северов. — И стесняться тут нечего. Воинов много. Полководцев — единицы. Почему? А потому, что далеко не каждый, даже самый опытный и умелый боец может стать хорошим командиром. Потому что для этого нужен совсем другой склад ума и характера. Для того чтобы думать не только о себе, но и о людях, которые доверили тебе свою жизнь. Так что, меньше рефлексий, а больше уверенности. Не путать с самоуверенностью. Последняя — кратчайший путь к гибели. И собственной, и вверенного контингента.

— Спасибо.

— Забей. Советы давать, не мешки с цементом носить, — отмахнулся Северов. — Так что ты придумал?

— Как я уже сказал: сыграем по их правилам. А вы ждите пока я не вернусь или кого-то не пришлю.

— Добро.

План у меня и в самом деле был самый простой. Если это вообще можно назвать планом.