Нефер жестом велел Аврааму умолкнуть.

– Затем, – продолжал он, – ты строишь жизнь в соответствии с этими идеалами и достигаешь неких пиковых переживаний, придающих твоей жизни временный французский смысл. Если я ошибся, поправь.

– Звучит грубо и примитивно, – ответил Авраам. – Даже отчасти издевательски. Но в целом так. Только идеалы и представления не обязательно имеют французское происхождение. Да, два упомянутых великих ума оказали большое влияние на меня и мое время, но источником нашей самости становится вся культура целиком. Некоторым ее проявлениям мы просто верим. Иногда лишь потому, что часто с ними сталкиваемся. Закон созвучий.

– Это и есть тайное сокровище, скрытое на пятом этаже твоей пирамиды?

– Можно сказать и так, – ответил Авраам. – Но ничего тайного здесь нет. Просто не всякий человек добирается до пятого этажа. Большинство проводят свои дни на втором и третьем, изредка на четвертом.

– Теперь моя лампа готова снять последние покровы, – сказал Нефер.

Он принял торжественную позу, жестом велел своему светильнику взлететь под потолок, и из яшмового глаза ударил зеленый свет, в этот раз ослепительно-яркий и острый. Вспышка перекинулась на серый кокон, окружавший Авраама с Нефером, и паутина за несколько секунд сгорела, опав на пол прозрачным легким пеплом.

Авраам огляделся. Они с египтянином стояли в круглой комнате – значительно меньше предыдущего зала, но выше. Стены ее были покрыты многоцветными фресками, вымазанными копотью и сажей.

В центре комнаты лежал перевернутый гранитный саркофаг. Рядом блестела позолотой расколотая пополам крышка с изображением покоящегося на спине человека. Когда-то человек глядел в синее звездное небо, нарисованное на потолке – а теперь перед его лицом была лишь близкая стена в пятнах сажи.

У стен валялись обломки двух статуй. На них видны были следы могучих ударов, поваливших их на пол и разбивших на части.

– Кто это? – спросил Авраам, указывая на поверженных богов.

– Озирис и Исида, – сказал Нефер и стал внимательно оглядывать стены.

– Что ты ищешь? – спросил Авраам, когда прошла минута тишины.

– Я пытаюсь понять, как грабители проникли в твой последний предел, Авраам, – ответил Нефер.

– Грабители? – переспросил Авраам.

– Конечно. Ты разве не видишь, что сокровенный чертог твоей усыпальницы ограблен?

После слов Нефера всякие сомнения в этом отпали. Мало того, Авраам понял, что стены покрывает не просто сажа – ее черные пятна и линии складывались в письмена. Были здесь клинописные значки, были древние санскритские буквы и множество других непонятных символов.