В Стэнфордском университете в то время все еще действует проект по «дистанционному видению», финансируемый ЦРУ в рамках программы Stargate: операторы подключаются к сознанию людей прошлого во время их жизни. По отчетам, они не просто видят картинку, а целиком ощущают себя внутри чужого восприятия в реальной точке прошлого.

Тувинские шаманы тоже могут входить в тело своих далеких предков, когда те были еще живы. Общее название этого феномена –хронокинез .

Однако простых наблюдателей прошлого Эпштейну недостаточно. Ему нужно, чтобы контактер мог заставить хоста совершить в прошлом простейшее действие – а именно, собрать якорь с магнетитом.

К делу подключается ЦРУ. Проект Stargate получает дополнительное финансирование; вокруг кормушки вьется огромное количество когнитивных ретроконтактеров, но практически все они – пассивные наблюдатели прошлого.

ЦРУ просеивает картотеку проекта и находит наконец одного человека, утверждающего, что он может вступать в контакт с… римским императором Тиберием – и даже способен в известных пределах управлять его действиями.

Имя контактера не разглашается. Его служебная кличка – Август. Дело не в том, что у ЦРУ есть чувство юмора. Дело в том, что контактер выдает себя за тень первого императора – и передает Тиберию почерпнутую у древних историков информацию по зреющим заговорам (именно поэтому Тиберий и переезжает на Капри).

Информация о заговорах, полученная Тиберием от августейшей тени, всегда подтверждается. Поэтому император без особых колебаний собирает якорь с магнетитом по нарисованному Эпштейном чертежу (у императора получилось правильно отрисовать схему только с третьего раза, и то с помощью придворного астролога, в чьем павильоне был поставлен первый опыт).

В дальнейшем Тиберий предпочитает собирать инсталляцию на открытом воздухе, потому что от дыма магнетита у него мигрень. Но в ум императора при последующих опытах проникает уже не контактер ЦРУ Август, а отправленный в прошлое духами лоа Женя Эпштейн. Сначала – только он…

Оставив прочитанный на треть свиток на столе обсерватории, Голгофский берет недельную паузу и погружается в исторические штудии.

* * *

Дело в том, что между похождениями Жиля де Рэ и увеселениями Тиберия определенно заметны морфические параллели. И это не фантазии Голгофского, а бесстрастная фиксация историков. Поскольку мы ограничены в объеме, проследим подробно лишь одну из них.

Вот что показал на процессе приближенный слуга маршала де Рэ – Этьен Коррийо по прозвищу Пуату:

Когда помянутый Жиль де Рэ находил либо видел двух мальчиков или девочек, братьев или сестер, или иным образом родственных, если один из них не был ему по душе и он желал распутства свои учинять и развратничать лишь с другим, то дабы тот, кто ему не понравился, не смог никому рассказать, что другой был схвачен, помянутый Жиль, обвиняемый, похищал, сам или силою слуг своих, обоих и учинял омерзительные развратные оргии с тем, кто ему нравился, а затем резал горло или повелевал зарезать и одного, и другого.