Сергей наблюдал за костром, который пылал так ярко, словно то старое покрывало прежде полили горючей смесью. Однако никакого тепла от того огня не исходило. Глядя же на языки пламени, Сергей не заметил, как на Навь опустилась ночь. Когда огонь стал понемногу затухать, он поднял взгляд и ужаснулся: вокруг него стояли десятки темных теней, какие он в этой кромешной тьме никогда бы не увидел, если бы не пламя костра. Сергей оборачивался, но, куда бы он ни посмотрел, везде были они. Но кто они? Призраки? – Сергей уже не один раз встречал призраков в Нави, и те выглядели иначе. Демоны? – Но эти темные силуэты стояли недвижимо, безучастными зрителями наблюдая за живым человеком. Судя по всему, каждая тень стояла на том месте, где была ее могила, но все же все они были обращены к Сергею.
Шагая назад, боясь повернуться спиной к погосту, на котором десятки жутких теней следили за ним, Сергей быстро приближался к входу в церковь, крепко держа в своей руке свечу, огонек которой, казалось, стал намного выше, чем был совсем недавно. Он не сводил глаз с кладбища, пока, врезавшись спиной в стоявшего на пороге монаха, не вскрикнул от неожиданности.
- Это фантомы, - сурово проговорил монах. – Остатки памяти, что хранится в телах. А теперь иди, – строго приказал он. – Живее…
Сергей обошел Тихона, с удивлением разглядывая того и понимая, что что-то в нем изменилось. Переступив порог и поглядев на монаха, что остался стоять у входа снаружи, Сергей понял: тот стал еще выше. Он заметил, как руки монаха буквально на глазах стали удлиняться, нависая над полом длинными плетями; плечи и лопатки под черной рясой начали хрустеть и выпирать, словно кто-то ломал их изнутри, а сам Тихон, чей рост, несомненно, с каждой минутой становился все выше, наклонился, обернулся и, глядя на Сергея глазами, что, казалось, стали еще чернее, хрипло прорычал:
- Уходи!
Сергей, наконец, двинулся с места. Он быстро добежал до двери, что вела вниз, в кельи подземного монастыря, распахнул ее, и огонек на свечи тут же вспыхнул вполовину ярче. Сперва Сергей подумал, что это произошло из-за резкого открытия двери и сквозняка, но никакого движения воздуха там не было по одной простой причине – не было самого воздуха. Спускаясь по ступеням вниз, Сергей понял, почему свеча так ярко горела: в длинном, словно в тюремном коридоре почти рядом с каждой дверью стояли различные существа – нечисть, которую на том свете церковники изгнали из одержимых людей, отправив отбывать свое наказание в потустороннем монастыре под присмотром такого же одержимого бесом монаха. Теперь же все эти демоны и прочая нечистая сила смотрели на живого в мире мертвых, испытывая лишь одно желание: сожрать его – каждый по-своему. Сергею же могло показаться, что перед ним стоят обычные люди: вдалеке была женщина в старом, грязном, рваном платье, рядом с ней – высокий, крепкий мужчина с седой бородой, из-за его спины выглядывал мальчишка лет пяти, а напротив него стояла худосочная старуха. Но всех их объединяло одно: они смотрели на Сергея жуткими, черными глазами – такими же, какие были и у Валюши, и у самого Тихона. От глаз по коже их лиц расползались черные вены, отравляя нечистотой тело, которое эти демоны и занимали. Сергей видел и свечение, что исходило из-под некоторых дверей, понимая, что там заперты навьи либо кто-то, подобный им. Но все это его мало интересовало – он спешил в третью дверь слева и, как только переступил порог уже знакомой ему кельи, тут же захлопнул дверь.