— Не сейчас. Ступай, мой мальчик. Теперь всё решится там, — Брянцев неопределённо махнул рукой, но я понял, что он имел в виду.

Жабыч соскользнул с его руки и принял привычный вид. Чупа тоже трансформировался. На физиономии хомяка блуждала довольная улыбка.

— Ну что, хозяин, — обратился он ко мне. — Славная была битва, но нужно возвращаться. Если Арка уцелеет, нам придётся участвовать ещё не в таких замесах!

Тут он был прав. Увы, в реальности я уже ничего не мог сделать. Только наблюдать за действиями советской армии.

— Учитель, я надеюсь, что мы ещё увидимся, — сказал я Брянцеву.

Тот крепко пожал мне руку.

— Обязательно, Влад.

— Чупа, полетели.

Хомяк звонко хлопнул в ладоши, пространство вокруг нас исказилось, и мы помчались сквозь пласты реальности.

* * *

Я сидел в вертящемся кресле, глядя в большой монитор в главном зале нашего командного центра. Сидел, как на иголках. Ибо прямо сейчас айтишники подключали компьютер к онлайн-трансляции со спутников. По данным разведки, Арка как раз начала материализовываться в том месте, где мы и ожидали.

— Ну, скоро? — спросил я, теряя терпение. — Пропустим ведь!

— Не пропустим, шеф, — отозвался Цой, стуча по клавишам. — Ещё несколько секунд. И-и-и-и… Прошу!

Он распрямился, и на экране появилось изображение причудливой конструкции, в которой я сразу узнал Арку некродов. Она постепенно проявлялась посреди открытого пространства.

Подавшись вперёд, я застыл, вцепившись в подлокотники. Кажется, даже не моргал.

Вот Арка приобрела полные очертания. На её вершине тотчас начал разгораться пульсирующий зелёный шар, от которого во все стороны распространялись извивающиеся молнии.

— Ну же…! — прошептал я, не отрывая взгляд от монитора.

И в это мгновение на Арку обрушился настоящий шквал нестерпимо яркого огня! Он заполнил весь экран буквально за пару секунд, так что я мог видеть только пульсирующее, бьющее в глаза сияние!

Наши войска не жалели боеприпасов. Помимо артиллерии, к уничтожению Арки присоединились и менторы. На других мониторах было видно, как целые отряды атакуют чужеродный артефакт огнём, молниями и чистой энергией разного рода.

Наконец, сияние начало постепенно гаснуть. А затем я различил обломки, в которых было просто невозможно узнать конструкцию некродов. От неё осталась только груда плавящихся и испаряющихся на глазах руин.

Я откинулся на спинку кресла, испытав долгожданное облегчение.

Трудно поверить, но мы победили!

План машинного мозга цивилизации адептов смерти был сорван!

Не сразу я понял, что вокруг меня раздаются возгласы ликования.