— А неформально? — спросила Катя, пристально глядя на него.

Лев помолчал, глядя на спиральку дыма, всё ещё поднимающуюся из пепельницы.

— Неформально… устал. Чувствую, как эта тихая война высасывает силы иначе, чем война громкая. Там был понятный враг. Чёткие задачи: выжить, спасти, организовать. Здесь враг размазан. Он — в привычках, в традициях, в бюрократических бумажках, в нежелании людей думать о завтрашнем дне. С ним нельзя сразиться в открытом бою. Его нужно переубеждать. Постепенно, по капле. И непонятно, хватит ли жизни, чтобы увидеть результат.

Катя протянула ему кружку с чаем. Он взял, почувствовав тепло через фарфор.

— А Андрей сегодня сказал мне, — произнесла она задумчиво, — что хочет быть как дядя Лёша — сильным. И как ты — умным. Я сказала, что это непосильная задача для одного человека. Лучше быть просто хорошим человеком. А он ответил: «Мама, но папа же и сильный, и умный, и хороший». Вот.

Лев рассмеялся, коротко и искренне.

— Детская логика неопровержимая.

— Пока — нет, — улыбнулась Катя. — Но он растёт. Будет задавать больше вопросов. В том числе — о том, почему папа так много работает и иногда приходит домой, пахнущий не только лекарствами, но и… горем. От чужих болезней, от чужих смертей, от того, что не всех удаётся спасти.

Они помолчали. Тишина снова наполнила кабинет, но теперь она была не тяжёлой, а общей, разделённой.

— Мы справимся? — вдруг спросила Катя, глядя на него. Не как сотрудник — как жена. Как соратник, который тоже несёт на своих плечах груз этой «тихой войны».

Лев хотел ответить что-то ободряющее, штампованное. Но в этот момент на столе резко зазвонил телефон. Не обычный, а тот, что стоял отдельно — вертушка, прямой провод. Звонок был не таким, как у городского телефона — более настойчивым, резким.

Лев и Катя переглянулись. В таком телефоне звонили только из очень конкретных мест. Лев снял трубку.

— Слушаю.

Голос в трубке был знакомым. Низким, немного хрипловатым, с привычными интонациями человека, который говорит только по делу. Иван Петрович Громов.

— Лев Борисович, добрый вечер. Не помешал?

— Нет, Иван Петрович. Что случилось?

— По поводу комиссии. Подтвердили. Выезжают семнадцатого февраля. Утром. Состав: профессор Марков, как и ожидалось. С ним — два сотрудника из планово-экономического отдела Наркомздрава. Цель визита официально — «ознакомление с хозяйственной и научной деятельностью ВНКЦ 'Ковчег» в свете выделения средств на проект «Здравница». Ожидают полный отчёт о расходовании средств, планы, сметы. И… — Громов сделал едва заметную паузу, — особый интерес проявляют к вашим «нестандартным методикам организации быта и питания персонала». Говоря проще — к гидропонике и дрожжевому цеху. Вопросы будут задавать неудобные. Артемьев просил передать: будьте готовы. Марков — не дурак. И не друг.