Виновника нелепых телодвижений пятой точкой пришлось увести в недра пещеры, чтобы тот не попадался на глаза. И сделал я все верно. Потому что ближе к полудню пожаловал первый разведчик от «котов», а еще чуть позже второй. Меня они заметили, немного осмотрели видимую часть пещеры и убрались восвояси.

Лиций должен быть уверен, что никакой ловушки нет. Вратарь ждет его. Если боится конкретно меня, то пусть берет столько существ, сколько считает нужным. Главное, чтобы явился.

Быть одному, да еще ничего не делать, мне, к огромному удивлению, понравилось. Раньше я терпеть не мог ждать. То ли что-то после инициации изменилось, то ли я действительно устал от постоянной беготни, однако мне нравилась тишина и безопасность. Можно было не думать о всех треволнениях, а просто наслаждаться покоем.

Я даже не сразу заметил, когда снаружи потемнело. Ночь сменяла день на этой планете гораздо быстрее, чем в родном Ядре. Вот теперь все изменилось. И спокойствие уступило место напряженному ожиданию. Я не собирался высовываться из пещеры, носороголюды не должны были заметить Вратаря. К тому же, слабые эманации злости и нетерпения чувствовались даже отсюда. Как я посмотрю, ребята буквально жили черными эмоциями.

Лиций, как и следовало ожидать, пришел не один. Среди двух десятков «котов» я заметил Урфа и еще парочку зверолюдов, стоящих чуть впереди. Видимо, личные помощники правителя лагеря. Тот, кстати, оправдал все мои ожидания. Поджарый кот, напоминающий мордой и окрасом гепарда, с крепкими задними лапами и чуть подрагивающим хвостом. Без шрамов, что для зверолюдов совсем редкость. Правда, это могло дать и отрицательную оценку. К примеру, с точки зрения «носорогов».

Но поразило меня другое. Как только я увидел предводителя «котов», в матрицу точно воткнули острую арматурину. За одно мгновение перед глазами пронеслись странные образы. Вот Лиций смотрит на меня, только он значительно выше нынешнего. Или он лакает какой-то желтый пенный напиток. Особо заинтересовал меня момент, когда зверолюд перебранивался с Рис. Именно не ссорился, а о чем-то спорил. Интересно. Значит, моя догадка верна. Ищущая не просто была знакома с Лицием. Их что-то связывало.

– Вр-ратарь, – чуть заикаясь, поклонился он.

Я ответил тем же и даже подал руку. Это нелепое движение, давно утратившее всякий смысл, объединяло смертных практически всех миров. При встрече или знакомстве они жали руки. Лиций ответил на мой знак проявленного уважения, только с некоторой брезгливостью, которую я почувствовал. При этом он чуть-заметно втянул носом воздух.