– То что ты мне сделаешь, Вратарь? – усмехнулся Кворт.

Вот тебе и весь пиетет. Нет, все-таки мятежники мне однозначно нравились намного больше этого отожравшегося урода. В какую сторону там, говорите, отправился Лиций?

– Мы ничего тебе не сделаем, – я положил руку на плечо Рис, которая зачем-то хотела подойти поближе к зверолюду. Вряд ли для интимных ласк. – Мы дали клятву. Но вот мои Братья смогут. К примеру, закроют обитель. Зачем она нужна в поселении, правитель которого недружелюбен к нам?

Наверное, Кворт догадывался, что я блефовал. Кто же его знает, что творится в этой крохотной и не очень симпатичной голове. Но все же «кот» нехотя поднялся на ноги, источая раздражение, и приблизился к нам. Совершенно не опасаясь ни меня, ни Рис.

– Не передумала по поводу моей спальни? – лукаво спросил он девушку.

Рис дернулась, явно намереваясь ударить Кворта, но тут же неведомая сила заставила ее согнуться, выворачивая суставы. Клятва была сильнее Ищущей. Что там, клятва была сильнее любого существа во Вселенной. Меня в том числе.

– Бери пример со своего друга, – укоризненно произнес Кворт. – Смотри, какой хороший Вратарь.

– Давай заканчивать этот цирк. Мне нужны координаты.

– Скучный Вратарь. Но ты действительно помог мне. Ты прав, Хирис можно не опасаться, как и всего несостоявшегося мятежа. Держи.

Он сотворил кусок пергамента, который лег в мою ладонь. Я посмотрел на карту и с трудом скрыл досаду. Ради каких-то пары часов пути, мы изменили политическую расстановку в мире и сделали одного толстого зверолюда еще довольнее. И вот именно по поводу последнего факта я расстраивался больше всего.

– Пойдем, – бережно поднял я Рис. – До скорой встречи, Кворт.

– Думаешь, мы еще встретимся, Вратарь? – усмехнулся правитель.

– Будь в этом уверен.

Рис полностью отошла от пережитого только верхом на Счастливчике, который, довольный возвращением хозяйки, нес ее по темной, едва заметной тропе. Дорогу ему подсказывали две луны, одна из которых теперь стала ощутимо больше, хотя на освещенность это повлияло со знаком минус. Можно сказать, что единственным ориентиром гурлу служил я.

– Раньше я была более спокойной, – сказала девушка на привале.

Оставалось нам всего ничего, но эта самая человеческая усталость снова дала о себе знать.

– Но постоянные потери могут кого угодно вывести из себя. И человек становится похожим на оголенный нерв. Понимаешь?

– Нет, – честно признался я. – Вратари часто теряют Братьев, но мы не привязаны друг другу. Точнее, не привязаны так, как вы.

– Хотела бы я тоже так. Стать безэмоциональной. Или хотя бы все забыть.