Удар с левой руки Троуг пропустил. Либо посчитал, что доспехи его защитят, либо попросту не успел среагировать. И зря. Потому что обычной левой руки из костей и мяса больше не было. А вот бионический протез из какого-то хорошего сплава — вот он, пожалуйста. Как я решил, что сплав хороший? Да потому что на шлеме Троуга осталась внушительная вмятина. Сам корл слегка «потерялся», по всей видимости, уйдя в глубокий нокдаун. Вот только «Темный» не собирался довольствоваться одним ударом. И на корла посыпались один хук за другим.

Когда я подумал, что нокаута вкупе с кровоизлиянием в мозг не избежать, произошло странное. Если уж я этого не ожидал, то, что можно было говорить о «Темном»? Рис яростной кошкой, прикрываясь вытащенным из альбома куском тряпки, кинулась на «меня». Без меча, без посоха, с голыми руками. Просто набросилась, обхватив шею и… поцеловав.

И что-то произошло. «Темный» по инерции сделал пару шагов назад, еще не осознавая всей катастрофы. Он лишь спустя две секунды предпринял попытку откатить время, однако я ему не позволил. Бразды правления телом снова переходили ко мне. И вот именно сейчас я держал способность отката времени так крепко, как только мог. А Рис не ослабляла свою хватку. «Темный» безуспешно пытался спихнуть обезумевшую девушку. Однако механоидская рука оказалась уже не так сильна как раньше, а Грам исчез в инвентаре. Я явственно услышал те панические мысли, что проносились в голове у моей субличности.

Нога ступила в сферу, и я вновь почувствовал тяжесть своего тела. И не только своего, но и Рис, что обвила меня руками и ногами, как гриб-паразит ствол дерева. Правда, это было в несколько раз приятнее. Ее мягкие губы, горячий язык, что проник в рот, сладостный запах, близость груди. Мне показалось, что я не сразу отстранился, еще на несколько минут поддавшись ее чарам.

— Все, ну все, хватит. Это я, точно.

Девушка недоверчиво посмотрела в мои глаза, но все же нехотя отпустила. Поверила. И тут же изнутри надавила неведомая, сокрушающая сила. Это походило на попытку сломать тонкую дверь, что держалась на одной лишь щеколде. «Темный» пришел в себя.

— Амфет! Амфет!

Я упал на колени, схватив руками голову. Будто бы это могло помочь. Казалось, что я был маленьким воинством, на которое неслась вражеская орда. Еще минута и меня снесут прочь, оставив на земле лишь кровавую тень. И когда я уже был готов спасовать, отступить, отдаться на волю «Темному», как на голову легли чуть дрожащие руки. И стало легче. С каждой секундой давление все больше ослабевало, пока я не понял, что снова взял ситуацию под контроль.