Пройдя через ворота, я немного огляделся, как будто не знаю, что и где находится, увидел лавочки вокруг кострища и направился к ним.
Сзади грохнули, закрываясь ворота.
— Приятель, а ты вообще кто такой будешь? — раздался сзади голос главного.
— Я-то? — повернулся я к нему, — я санитар!
14. Санитар за работой
Их почему-то очень развеселило то, что я назвался санитаром. Решив, что я какой-то чудик, они расслабились и совершенно не воспринимали меня всерьёз.
— Ну, санитар, проходи к нашему огоньку, — сказал главный, указывая рукой на кострище.
— Что-то огонёк-то у вас давно погас, — сказал я.
— Это не беда! — весело сказал главный и, выставив вперёд руки, дал струю огня в потухшее кострище. Свежих дров там не было, но угли были крупными и не прогорели до конца. Они быстро занялись от такого огненного напора, и пламя быстро начало разгораться.
— Так лучше? — спросил кто-то рядом.
— Намного! — улыбнулся я.
— Подкиньте немного дровишек, ради нашего гостя! Он любит огонь, так не будем лишать его этого удовольствия! — с каким-то непонятным подтекстом сказал главный, и все окружающие снова заржали.
От такого их поведения невольно закралась мысль, что меня здесь могут и поджарить… точнее, могут попытаться поджарить. Давать им такой возможности я, естественно, не планировал.
Мы расселись вокруг костра, причём у хозяев от моего появления проснулось любопытство и какой-то непонятный энтузиазм. Они скучали, а тут развлечение пожаловало, какой-то чудик в гости заявился.
Они полагали, что являются здесь полноправными хозяевами положения и могут творить всё, что захотят. Скорее всего, они ещё и сами не знали, что со мной сделают, но то, что постараются устроить какое-то развлекалово и не дадут мне уйти отсюда живым, это было совершенно ясно.
Когда все заняли свои места и выжидательно уставились на меня, главный наиграно проникновенным голосом сказал:
— Ну, расскажи нам путник, кто ты, откуда идёшь, куда и, главное, зачем, а?
— Хожу по миру, — сказал я, — знакомлюсь с людьми, разговариваю. Узнаю много интересного. Сейчас, когда никаких средств связи не осталось, должен же кто-то новости разносить.
— Так ты, ходячая газета, получается? — расплылся в улыбке главный.
— Ну, не то чтобы газета, — склонил я голову набок, но что-то в этом роде, да… скорее радио!
— Ну, расскажи нам, радио, что в мире делается, каких людей ты видел, — сказал главный.
— В мире всё плохо! — опечаленно покачал я головой, — беда, можно сказать! Как эта проклятая магия появилась, так всё рухнуло! Неужто сами не видите? Тяжело стало жить! А насчёт людей, так разные встречаются. И раньше так было, и сейчас так осталось. Бывает, что хорошие люди встречаются, просто удивительные! А бывает, что полное говно!