Я вот сдержалась, но уверена: в этом рейсе многие пассажирки страдали повышенным слюноотделением. Да тут один загар чего стоит! Ровный, бронзово-золотистый.

– Зоя…

Я поднимаю взгляд вверх. Тут, конечно, тоже есть на что посмотреть. И все же…

Снова смотрю на загар.

– Зоя?

– Если бы я лично не составляла вам расписание, я бы подумала, что вы на Мальдивах бываете чаще, чем в офисе.

Тихий смех босса все-таки заставляет меня оторваться от созерцания его шеи. И вообще вспомнить, где я и кому я это, собственно, говорю.

– Простите… – выдавливаю я покаянно. – И за рубашку, и… Я на вас случайно уснула!

Его смех переходит в какое-то подобие карканья.

– Ничего, не переживайте, – он делает глубокий вдох, чтобы справиться с внезапным недугом. – Мое эго после такого заявления пострадало куда больше, чем эта рубашка.

А взгляд такой – мол, есть варианты, как его снова поднять?

Я пожимаю плечами – ну уж он-то после вчерашнего банковского перевода должен был догадаться, что за бесплатно я не работаю?

Но раз никто не в претензии, я делаю то, что давно собиралась – рассматриваю в окно облака. И чувствую на себе пристальный взгляд. На щеке. На моей шее. Наверное, сравнивает загар.

И довольно усердно подходит к этому делу, потому что я неожиданно понимаю, что кормят здесь хорошо, но вот с кондиционерами большая проблема. Я чувствую себя как будто в парилке! И это не впервые за рейс.

Завтрак был тоже прекрасен. Хотя я больше пила лимонад – постоянно в горле пересыхало. И судя по тому, как пустел стакан босса, эта проблема коснулась не только меня.

– Идем на посадку, – вырывает меня из размышлений голос моего руководства.

Я тут же прилипаю к окну. И изумленно ахаю и охаю, потому что там – синева. Куда ни глянь – синева! Такая яркая, что глазам даже чуточку больно. А в этой синеве – россыпь крошечных островов, окруженных белой пеной прибоя.

Мальдивы.

Божечки, самые настоящие Мальдивы! А я ведь не верила, что когда-то на них попаду!

– Нравится? – спрашивает босс, как будто не видит моего восторга.

Я активно киваю и оборачиваюсь к нему.

– Спасибо! Спасибо, что вы меня отпустили! Они чудесны! Они восхитительны!

Это самое прекрасное, что я видела в своей жизни!

Его глаза задерживаются на моих.

– Правда?

Я снова киваю. Нет, ну есть еще кое-какие виды, которые меня впечатляют, но Мальдивы – мои. Пусть хотя бы на эту неделю. А значит, они определенно выигрывают.

Самолет вздрагивает, разрывая наш зрительный контакт. Я хлопаю еще активней, чем раньше.

– Ну что ж, – говорю я, когда самолет замирает и все начинают подниматься с мест. – Как мы уже выяснили, долгие проводы…