Закончив разговор, я прислушиваюсь. Пока болтала с Настей, мне пару раз слышался мужской приглушенный голос. Но я решила: ветер, волны, мимо проходит кто-то из отдыхающих. Но сейчас понимаю, что голос раздается с соседней террасы.

На цыпочках подхожу к открытой двери, и прижимаюсь плечом к косяку, чтобы меня не заметили.

Да, на соседней террасе кто-то стоит. Мужчина. Голос негромкий, ровный, но в нем сквозят нотки усталости, которую слышно даже сквозь смутно знакомую музыку. Скрипка, еще одна скрипка, еще одна, которые не просто дополняют друг друга, а будто ложатся слой за слоем. А это, кажется, виолончель…

– Нет… – мужской голос звучит чуть громче, перебивая мои попытки угадать мелодию. – Нет, это не так…

Пауза. Видимо, собеседник на том конце что-то отвечает.

– Зачем? Ты знала, как для меня это важно. Я никогда тебя ни о чем не просил… Не стоит…

Снова пауза. Я понимаю, что подслушиваю чужой разговор, и это нехорошо. Но любопытство заставляет остаться еще на минутку. Может, это даже не любопытство, а радость, что я слышу своего соотечественника! И потом, музыка… Что же это за музыка? А, Дэвид Гарретт! Фух, хорошо, что узнала, а то бы полночи мучилась.

– Ты выбрала полететь в Париж, – говорит кому-то мужчина. – Красивый город, зачем что-то менять?.. Я понимаю, что тебе хотелось увидеть Эйфелеву башню… Я давно все понимаю. Мы оба все давно понимали, не так ли?..

Голос ровный, несмотря на эти слова, в нем не слышно ни капли упрека. Просто констатация факта. Но что-то в этом голосе, как и в музыке до этого, кажется мне смутно знакомым.

Что-то… А вот что? Не могу ухватить – ветер искажает звуки, да и говорит он тихо, без нажима.

– Нет, не думаю… это плохая идея… Теперь уже… Семья для меня – это святое. Я тебе говорил…

На словах, что «семья – это святое», у меня по спине будто иголочки пробегают, и начинает казаться…

Начинает казаться, что я узнаю этот голос.

Нет.

Да ну нет!

Видимо, это с непривычки на меня так давит жара. В общем, потом поищу ресторан – самое время пойти освежиться!

Да, солнышка нет – ну и что? Зато мне солнечный удар не грозит!

Переодеваюсь. Накидываю на плечи полотенце. Сую ноги в шлепанцы и выхожу к бассейну.

Вода теплая. Идеально теплая. Я отталкиваюсь от бортика и плыву – медленно, лениво, раскинув руки.

Скрипка из соседнего номера выводит что-то нежное. Но в какой-то момент мелодия становится тише – будто кто-то убавил звук, чтобы мне не мешать.

Переворачиваюсь на спину и смотрю на небо, которое возвышается надо мной. Оно – как бархат, усыпанный серебром. Звезд так много – не сосчитать! Их тут сотни. Тысячи. Они отражаются в воде, и я плыву будто между двумя небесами – одно сверху, другое снизу.