— У меня сейчас будет истерика, — предупредила напарница. — Не то чтобы я боялась, но ты сам знаешь — я видела, на что эта штука способна. Травма на всю жизнь, если что.

— Ты видела, на что способен я? — треугольная голова покачивалась напротив моей, по рукам побежали искры, притягивая к ложементу. Я позволил шингалу и меня зафиксировать тоже, если технологии не очень различаются, пси-защиты у него от меня нет.

Защиты не было, зато было нападение. Шип, сложенный из пылинок, резко выдвинулся, вонзаясь мне в глаз. Неприятно, но не смертельно. Оранжевая схемка, маленькая и очень изящная, вместе с шипом проникла в мой мозг. Одновременно вторая схема через пластину, находящуюся прямо надо мной, стекла прямо в голову. Оба тончайших конструкта соединились, выплёскивая серую субстанцию. Не материальную, а энергетическую.

Просто подарок.

Когда два псиона выясняют отношения файрболлами, ледяными стелами, даже выедающими ядро кляксами, они могут причинить друг другу лишь физический вред. В худшем случае — убить. Но если вдруг один решает проникнуть другому в мозг, тут уже выигрывает не нападающий, и не обороняющийся, а тот, чей блок и способности лучше. И выигрывает не жизнь, а разум другого псиона.

Мой блок был практически абсолютным — для схем такого уровня. Если раньше меня защищал модуль, то теперь — несколько значков эме-галь, к тому, который я создал под руководством Первого, я добавил ещё четыре, для спокойствия и подстраховки. Чтобы разрушить планету, их бы не хватило, не хватило бы их даже чтобы воду вскипятить, а вот чтобы такие выпады отразить — легко. Потому что сила в умении и опыте.

Белые искры скользнули прямо по шипу шингалу, проникая в управляющий центр. Другая порция по нити, соединяющей пластину и внедрённую схему, ушла в управляющий центр корабля. Третья создала крохотного Марка, и позволила взять под контроль. Будь это обычный носитель, у меня бы, наверное, ничего не получилось, остались бы при своих, я — управляя ограниченными возможностями, ИИ корабля — думая, что я лоялен и вреда не принесу, и не более. Но тот, кто привязывал шингалу к центру безопасности огурца, сделал эту привязку двусторонней, и этой лазейкой я воспользовался.

Пси-идентификатор корабля посчитал, что вторгнувшийся псион обезврежен. Ещё бы, мой уровень — тот, который я показал, тоже учли в силе атаки. Слившиеся в одну схемы устроили мини-Марку допрос с пристрастием, мелькал образ ребёнка, выяснялось моё к нему отношение, и то, каким боком я отношусь к Уришам. Управляющей системе корабля что-то не нравилось, сверху упала ещё одна схема, тот, кто это делал, явно был мастером в своём деле, в отсутствие хозяина конструкты разворачивались так, как будто он был здесь.