— Действительно, янки сейчас не до этого, — отмахнулся Мензис. — Японцы захватили Филиппины, не сегодня-завтра они займут Батаан, половина Тихоокеанского флота США лежит на дне бухты Перл-Харбор… Да и что американцы забыли на Черном море?

— Тогда, Стюарт, скажите, наконец, на чем сошлись ваши аналитики? — спросил Черчилль, совершенно сбитый с толку. — Откуда взялась эта проклятая эскадра и кто они, эти люди в погонах?

Стюарт Мензис посмотрел в растерянные глаза премьер-министра Великобритании и, чеканя каждое слово, сказал:

— Сэр, не существует ни одной версии, которые могут с материалистической точки зрения объяснить появление этой эскадры на Черном море. Единственная версия, которая имеет право на существование… — начальник SIS скрестил за спиной пальцы левой руки, — это ВМЕШАТЕЛЬСТВО СВЕРХЪЕСТЕСТВЕННЫХ СИЛ…

При этих словах премьер-министр выронил сигару. Мензис первый раз в жизни увидел испуганного Черчилля. Лицо «Уинни» стало бледным, как бумага.

— Нет, Стюарт, нет, — испуганно замахал он руками, — только не это! Вы считаете, что большевики заключили договор с дьяволом, и он прислал им на помощь свое адское воинство⁈

Мензис вполне серьезно ответил.

— Сэр, я думаю, что дьяволу по духу ближе Гитлер, поэтому он не станет играть на стороне противника гуннов… Кроме того, нам стало известно, что неделю назад дядя Джо встречался с местоблюстителем Патриаршего престола митрополитом Сергием… О чем они говорили, мы не знаем, но уже на следующий день вышел указ, разрешающий открывать ранее закрытые церкви, а священники стали возносить молитвы об одолении врага и о здравии товарища Сталина, причем по императорскому чину…

— Значит, тогда дяде Джо помогает сам Всевышний⁈ — воскликнул Черчилль. — Второе прише… — Он вдруг схватился за сердце и откинулся на спинку своего кресла.

Стюарт Мензис выскочил в коридор и испуганно заорал:

— Помогите! Врача! Премьер-министру плохо! Врача скорее!

Но все было напрасно: Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании был мертв — мертвее не бывает. Мгновенный инсульт. Упавшая на пол сигара продолжала дымить. Противно воняя, тлел дорогой персидский ковер.

При подготовке тела к погребению так и не удалось убрать исказившую лицо покойного предсмертную гримасу ужаса и отчаянья.

20 января 1942 года, Утро. Москва, Кремль, кабинет Верховного Главнокомандующего

Сталин подошел к лежащей на столе карте советско-германского фронта. Жирная красная черта, начавшаяся на Перекопе, уперлась в станцию Лозовая. До города Изюм по кратчайшему расстоянию — всего семьдесят километров. С некоторой задержкой первая фаза «Полыни» вступила в завершающую фазу. Но имелись и тревожные сигналы. В сводке разведупра специально выделена переброска к Лозовой частей 6-й армии немцев. О том же сообщает и воздушная разведка особой авиагруппы.