— На покрытие процентов возьмите из моего миллиона, мне не горит, — добавил я. — Это, знаете, я получил наследство. Тратить сейчас не собираюсь, так что перекройтесь смело, без проблем. Что?
Он налил ещё воды. И снова выпил.
— Миллиона не хватает? — удивился я. — У вас за неделю тридцать процентов что ли набежало?
— Больше, — кивнул Глотов. — Квартиру требует отдать, машину. В общем, всё что есть. Я чем так Господа прогневил, что у меня один за другим два таких взаимосвязанных кошмара?
— А полиция? Написали на него заявление?
— Написал, сказали, будет небыстро. А он мне тут же буквально позвонил и увеличил платёж.
— Это что за разводка такая?
— Вот именно что, разводка самая натуральная. Начали там качать, вовремя не отдал, то, да сё, то, да потому. Слава Богу, я перекрестился десять раз, что Настю сплавил. Кое-как уговорил в Томск уехать.
— Ну, вы конкретно так сплавили. Зачем? У нас здесь школ что ли хороших нет? Зачем её отправлять было? Или там настолько безопасней, чем у нас?
— Вырастешь, поймёшь. Там серьёзная школа. Знания. Палочная дисциплина. Никаких перфомансов и прочей белиберды, после которой то похитят, то ещё что-нибудь сделают.
— Так сколько денег-то надо? В деньгах-то кредитор ваш сколько хочет вместо своих трёх?
— Десятку…
— Ну трындец… Говорите номер телефона, где и как его найти. И я не понял, почему вы ему сразу деньги не отдали?
— Так я принёс деньги прям на следующее утро, а он говорит, мол, чё торопишься, мы же договорились через неделю. А когда принёс через неделю, началось всё вот это. Три с половиной, как договаривались, он забрал и теперь хочет ещё.
— Ну понял, ладно, — покачал я головой. — У вас же есть его телефон?
— Да, — кивнул он.
— Хотите, чтобы я попросил майора Захарова помочь?
— Да.
Майор Захаров — это имя, которым представился Настиным родителям Чердынцев. Оперативный псевдоним.
— Я с ним поговорю, — пообещал я. — Как зовут этого бабая?
— Паук, — покачал головой папá.
— У него даже имя говорящее. Вы ему хоть документы-то на квартиру не отдали? Нет?
— Он не просил пока….
— Ясно.
— Сказал, что от него нет спасения. Если, говорит, ты мне должен — тебя уже никто не отмажет. Ни менты, ни чекисты, да хоть бы сам губернатор или даже кто там над ними всеми.
— Паук, значит. Понятно. Ладно. Я посмотрю что можно сделать.
— А как мне с Захаровым поговорить? Сколько ему предложить?
— Да подождите пока. Я сам поговорю. А вы лучше поспите. Всю ночь, что ли, не спали?
— Да как ты тут уснёшь-то?
— Так долго не протянете. Спать-то надо. Вы коньячку хлопните. Для расширения сосудов. И ложитесь.