— Заводи тачку! — раздался в моем сознании встревоженный голос Котова. — Живее! Живее, б*я!

Повторять дважды ему не пришлось. Витька еще не закончил материться, а я уже вдавил кнопку включения двигателя и быстро развернулся, чтобы удобнее было выезжать.

— Заднюю открой! — потребовал Котов. — Правую!

Я нажал на кнопку на панели управления машиной, и задняя правая дверь тут же послушно распахнулась. Внутрь хлынули капли дождя, а потом пулей влетел мокрый Витька. Не успел я и рта раскрыть, как авто качнулось, словно в него сел кто-то невидимый. Повернув голову, я разглядел два очерченных водой человеческих силуэта.

— Гони! — Яна проявилась и поудобнее усадила незнакомую мне обнаженную девушку, на чьем бледном теле от побоев не было живого места.

Понимая, что каждая секунда на счету, я вдавил газ в пол. Машина сорвалась с места и, разбрызгивая воду из луж, понеслась вперед. Краем глаза я заметил, что Котов отплевывается.

— Кабели камер перегрыз, — сообщил он мне, — чтобы выехали нормально. Тряхнуло, конечно, знатно. Чуть кучу не наложил.

— Очень интересная история, — я крутанул руль, и машина выехала на двухполосную дорогу. Движение здесь было не слишком оживленным, а знаки позволяли сохранять приличную скорость, так что все пока обходилось без заминок. Экипажей полиции поблизости тоже не наблюдалось, как и их дронов. Видимо, в этом районе жили слишком богатые люди, чтобы тормозить их за нарушения.

Но сейчас нам это было только на руку.

— Она живая хоть? — я бросил беглый взгляд в зеркало заднего вида.

— Пока да, — Яна пощупала пульс девушки. — Но не знаю, надолго ли. Непонятно, пострадали ли внутренние органы.

Незнакомка слабо замычала и мотнула головой.

— Она под чем-то? — на всякий случай, я заблокировал двери, чтобы неадекватная пассажирка не решила выйти на скорости больше ста километров в час.

— Она без чего-то, — поправила меня Яна.

— Это как так? — мне захотелось еще раз взглянуть на потерпевшую, но дорога начала вилять из стороны в сторону, так что пришлось сосредоточиться на ней, иначе появлялся серьезный риск выписать нам всем путевку в один конец. А может и не только нам.

— Завьялов младший, — зло прошипела Яна. — Он эмпат, как и я. Но другой.

— В смысле как ты, «но другой»?

— Вот и я не понял, — подхватил Котов, который от греха подальше решил спрятаться под передним пассажирским сиденьем.

— Он умеет не только ярко ощущать чужие эмоции, но и поглощать их, — пояснила Яна, пытаясь привести избитую девушку в чувства. — Яркие эмоции его питают или типа того.

— Так он ее, как батарейку использовал что ли? — догадался я, еще сильнее возненавидев мелкого ублюдка.