Но я был слишком зол, чтобы чувствовать боль. Блондинка, видимо, не поняла этого, потому как двинулась ко мне, качая крутыми бедрами.

— А разговоров-то о тебе было, — одаренная пренебрежительно фыркнула, неспешно подходя все ближе. Она почему-то решила, что я больше не представляю опасности.

Я же не атаковал лишь по той причине, что не понимал, какой из созданных двойников настоящий. Все они говорили, все были полупрозрачными, и все приближались, держа острые иглы наготове.

— Яд уже растекся по твоим венам, — проворковала женщина. — Сейчас ты…

Она не знала, что пламя в моих жилах выжигает почти любую заразу. Это была ошибка. Стоило клонам сойти с лестниц и обломков и оказаться на одной плоскости со мной, как я ударил кулаками по земле, выпуская волну пламени, которая стремительно разошлась вокруг, превращая пол в лаву. Множество двойников блондинки с хрустальным перезвоном разлетелось на части, а сама она упала на пол, лишившись ног. Я добил ее без жалости и, вырывая на ходу иглы из своего тела, продолжил поиски Завьяловых.

Он оказался в подвале. Напуганный и взъерошенный, олигарх колотил кулаками по толстой металлической двери и надрывно орал:

— Пусти меня, сукин ты сын! Пусти!

— Может, хоть раз в жизни перестанешь оскорблять мою мать или скажешь слово «пожалуйста»? — прозвучал из наружного динамика голос Максима Завьялова. Он издевался, едва не давясь смехом. — Ну же, отец, это не так уж и сложно. Давай по слогами, а? По-жа-луй…

— Открой дверь, мелкий гаденыш! — взвизгнул Завьялов. В этот раз он ударил по двери так сильно, что оставил на ней кровавый след.

— Неправильно, — констатировал Максим и удрученно вздохнул. — Ты меня никогда не слушаешь. Это так сложно? Поговорить со своим сыном.

— Открой!

— Видимо, сложно, — резюмировал младший Завьялов. — Ты хоть понимаешь, что такое диалог?

— Впусти меня, неблагодарный ублюдок! — брызгал слюной олигарх, который не привык слышать отказы. — Или ты забыл, сколько я для тебя сделал⁈

— Ты про все мои детские травмы? — Максим Завьялов хихикнул. — Ну да, тут ты постарался. Но давай не будем об этом сейчас, когда у нас гости.

— Гости?.. — Геннадий Петрович обернулся и встретился со мной взглядом. Сделав шаг назад, он уперся спиной в холодный металл и заколотил по нему пяткой. — Пусти! Пусти! Он меня убьет!

— А я буду смотреть и получать удовольствие, — сказал сын отцу через динамики. — Привет, Макс, как добрался?

Молча и неотвратимо я надвигался на трясущегося со страху олигарха. Его дорогие брюки потемнели в области паха.

— Убьешь моего сына, и я дам тебе все, что захочешь! — заорал Завьялов старший.