Мерзавец! В этот раз вместо ос, я напустила на него змей. А когда он сбежал, почему-то улыбалась, как напакостившая девчонка и никак не могла унять заполошно бьющееся сердце.

Неделя пролетела незаметно.

Наутро перед приемом я была злая, невыспавшаяся и боевом настроении. Металась по комнате, как тигрица в клетке, кипела, бурлила и пенилась.

Все попытки уговорить саму себя успокоиться и отпустить ситуацию, безнадёжно провалились. Какое успокоиться, если моего дракона сватают? И плевать, что он временно мой. Плевать, что скоро разведемся и каждый пойдет своей дорогой! Это все потом, а пока я была крайне возмущена и обижена.

К тому же мне было нечего надеть на прием, что злило меня еще больше.

Но эту проблему решил Макс. В районе обеда посыльный привез большую круглую коробку, в которой лежало аккуратно сложенное платье.

— Это тебе, — улыбнулся муж, — я выбирал на свой вкус.

Как выяснилось чуть позже со вкусом у него был полный порядок. Темно-зеленое бархатное платье в пол, с квадратным вырезом и белыми кружевами по горловине, село на меня как влитое, и в точности совпадало с оттенком моих глаз.

Волосы я собрала в высокую прическу, выпустив несколько дерзких по шее. Губы сделала краснее, щеки ярче, немного подвела глаза и накрасила ресницы. Образ получился дерзкий и немного стервозный.

Ничего особенного, но, когда я спустилась вниз, меня встретил Макс с широко открытым ртом.

— Что-то не так?

— Все отлично. Ты…ты…

— Милая? — подсказала я, прекрасно зная, что уж какой-какой, а милой меня в таком образе точно не назовешь.

— Потрясающая, — выдохнул он, и я вдруг почувствовала, как предательски зарумянились мои щеки.

Спрятав внезапное смятение, я вздернула нос и чопорно произнесла:

— Я знаю.

Но, если честно, я никогда в жизни не чувствовала себя такой красивой и неотразимой, как в этот момент.

Мы приехали на прием не к самому началу, а с опозданием в полчаса.

— Готовься, мать сейчас набросится, как орлица, — досадливо поморщился Макс, помогая мне выбраться из кареты, — с следом за ней словно мошкара налетят остальные.

Ну-ну, я им налечу.

Неправильно истолковав мой ядовитый взгляд, муж нахмурился:

— Ты обещала мне помочь, помнишь?

— Конечно, помню. Не переживай, милый, ведьмы долги возвращают.

А разозленные ведьмы возвращают их с процентами. После этого вечера больше никто не посмеет сунуться с моей Масипусечке.

Мы вошли в зал под руку. Макс сиял словно начищенный пятак и здоровался на право и налево, а я, как и подобало истинной ведьме, делала вид, что у меня все под контролем и широко улыбалась.