— Я его сегодня сам заберу! — заверил батя. — А потом мы посмотрим. У меня жена не может ездить, она вположении , либо я буду возить, либо бабушка. Если не сможем, будем приводить на вокзал к электричке, как вы говорили.

— Вот и договорились, — согласилась тренер. — Пойдёмте в раздевалку.

Обычно дети, попадая в новый коллектив или новую обстановку, тревожатся или даже боятся, однако Женька не боялся ничего. Чего тут бояться-то? Он эту раздевалочную жизнь прошёл ещё будучи сопливым юниором, в конце 1990-х годов. Вот когда были мраки!

Не надо думать, что все спортсмены, а особенно дети и подростки, сущие ангелы. Отдавали сюда, в секции, кого угодно, иногда даже тех, по которым тюрьма плачет. Естественно, они начинали сразу качать права, что часто бывает в каждом мужском коллективе, даже в том, где находятся дети. Сразу начинается выяснение отношений, кто сильнее, кто слабее. Кто кому может навалять, а кто нет. И этот путь нужно пройти до конца. Тренеры, конечно, всякого рода дедовщину стараются ликвидировать в меру своих сил, однако то, что происходит в раздевалке, они обычно не знают…

Вот и сейчас, едва подошли к раздевалке, из неё доносились крики и чей-то рёв.

— Вы что там? — Светлана Владимировна постучала в дверь и сразу же открыла её без всякого стеснения. — Вы что тут устроили? Драку, что ли? Сил много?

Тренер уверенно вошла в раздевалку, за ней батя, а за ними Женька, который едва вошёл, сразу начал оглядываться, оценивая окружающую обстановку.

Раздевалка была типичная для такого вида спортивных учреждений: крашеный масляной краской деревянный пол, деревянные шкафчики рядами у белёных известкой стен, белые шарообразные светильники, свисающие с потолка. Естественно, никаких душей тут не было и в помине. Это вам не престижный фитнес-центр с душем, гидромассажем и фитобаром!

Посреди раздевалки стояли низкие деревянные скамейки, на которых сидели с десяток мальчишек возрастом примерно от 7 до 10 лет. Среди них был жирный, наголо стриженый пацан в домотканом свитере с розовощёкой хулиганистой рожей, который, как только взрослые вошли в раздевалку, отошёл от совсем худого зарёванного пацана лет семи, который стоял в углу в одних трусах и с полотенцем в руках. Григорий Тимофеевич узнал Петрова, которого давеча видел на склоне.

— Петров, ты что делаешь? — строго спросила тренер. — Для тебя сегодня тренировка закончена. Либо завтра с родителями, либо в детскую комнату. Надоело на твои выкрутасы смотреть. Вон отсюда!

Петров хотел было что-то сдерзить в ответ, однако, увидев рядом с тренером молодого мужчину довольно сурового вида, у которого кулаки как кувалды, с синими наколками на пальцах и кистях рук, говорить ничего не стал. Такой ещё даст по зубам, а потом пинком под зад добавит. А бате пожалуешься, ещё и бате наваляет. Стараясь не дышать, жирный покинул помещение, обойдя Григория Тимофеевича за пару метров.