Рыбачить батя решил в заброд, больше тут ни на что поймать было невозможно. Выше по течению шумел пляж с множеством купающихся людей, ниже по течению острова и быстрые перекаты, даже отсюда было видно, как вода быстротоком переливается через камешник.
Батя нацепил на себя противогазную сумку, в которой лежала коробка с червями, привязал к поясу садок и, осторожно ступая, зашёл в воду, на глубину примерно по пояс. Женька последовал за ним, но остановился метрах в пяти, дальше пройти уже не мог: глубоко, да и течение чувствовалось. Решил стоять здесь и смотреть, что будет. Хотя, конечно, понимал: время уже было примерно одиннадцать часов утра, и на хорошую рыбалку можно было не рассчитывать. Однако вскоре убедился, что это не так.
Батя стоял в воде, мутил её и отпускал поплавок по течению от себя. Ждал недолго: поплавок резко ушёл в воду, и батя потянул к себе упорно сопротивлявшуюся добычу.
— Есть! — крикнул он и показал крупного окуня весом граммов 200.
Сразу же положил его в садок. Потом поймал окуня поменьше, потом ещё меньше. Потом неожиданно клюнул крупный чебак, тоже весом около 200 граммов. А потом рыбалка попёрла очень шустро. Примерно за час батя наловил где-то полтора-два килограмма. Ловил пескарей, чебаков, окуней, совсем мелких ельчиков.
Когда черви закончились, довольный батя пошёл к берегу. Положил садок с рыбой рядом с берегом, смотал удочку, решив, что хватит рыбачить. Мама в это время отдыхала на покрывале рядом с Анастасией, рядом с мамой притулился Женька. А бате уже места не хватило. Он растянул ещё одно покрывало и улёгся на него. Пожалуй что, стоило отдохнуть…
Глава 23 Первый поход
После отдыха, ощутив чувство голода, Некрасовы решили перекусить. На покрывале батя расстелил газету, мама приготовила еду: положила на газету и поломала на части курицу, выложила яички, огурцы, помидоры, поставила походную солонку с солью. Батя открыл две консервы, нарезал хлеб. Потом взяли ложки и начали есть. Как классно обедать на свежем воздухе! Проходились, проголодались, и ещё когда выкладывали еду и готовились к обеду, захотелось есть так, что скрутило желудок. Даже Анастасия, учуяв аппетитный запах, исходящий откуда-то рядом, проснулась, заворочалась, сделала попытку сесть, ухватившись пальцами за простыню, и начала хныкать.
— Есть хочет! — уверенно сказала мама, взяла дочь на руки и стала кормить её из бутылки. Однако, пососав молока, Анастасия не успокоилась. По-прежнему продолжала кукситься и вырываться из рук, недовольно глядя на маму.
— Наверное, хочет ещё чего-то, — заявила мама, оторвала кусочек от курицы и, держа двумя пальцами, положила Анастасии в рот, которая начала водить языком и губами по незнакомой еде, пытаясь её сосать, как соску.