— Папаша предвидел возможность отказа, и просил передать, что это всё будут не совсем подарки. Он склонен рассматривать нас не как разные и независимые образования, а как части одного целого, пусть и со своим руководством. Мы все жители одной планеты и чем больше будет возможностей у каждого из нас, тем больше будет возможностей у всех вместе взятых. Но насилие во всех этих вопросах, конечно же, не допустимо. Навязывать вам тоже никто ничего не будет. Я озвучил далеко идущие планы. В ближайшей перспективе нам нужно отладить саму технологию переправки товаров через портал. Будем меняться тем, что есть под рукой, — закончил с улыбкой Кир.

— Это звучит гораздо лучше, — сказала Мать, — а то ещё ничего не получив, я уже начинала себя чувствовать, как будто что-то должна.

— Ну что, тогда экскурсия? — сказал Кир.

— Тогда экскурсия, — кивнула Мать.

* * *

Никитка Барсик и Стас перешли через портал не так гладко. Нет, все остались живы и здоровы, но стресс испытали гораздо более сильный. Никитка справился лучше всех. Барсик, которого он держал за лапу, очень сильно дезориентировался и, судя по всему, испытал острый приступ тошноты.

Но хуже всех переход перенёс Стас. Он вывалился из портала кубарем, ударился головой об пол и, попытавшись вскочить после этого, треснулся об идущую низко трубу. Чудом не выбив себе окончательно мозги, он сел на пол и застонал держась за затылок.

Портал открылся в каком-то пустующем цеху, в самом углу, где было свалено множество всякого хлама. Как только они вышли, портал исчез, ведь это был не постоянный переход, а просто тот, который их доставил на свалку.

А в том, что это была именно свалка, Никитка ни на секунду не усомнился. Как Мина с Виком наслаждались родным воздухом в тюрьме, так и Никитка тут же стал жадно втягивать носом знакомый с детства запах свалки. Когда он здесь жил, он и не догадывался, что этот запах есть. Когда попал сюда после отъезда и они сидели заблокированные в Левиафане под горой железного мусора, ситуация была слишком стрессовой и он не ощутил этого ностальгического чувства в полной мере. Но сейчас вдруг на него накатило.

И ведь он об этом совершенно не думал, просто не успел. Это произошло само собой, подсознание узнало знакомые запахи миллионов тон железа гниющего на свалке и проассоциировало это со всей его жизнью до отъезда отсюда. Какой бы тяжёлой не была эта жизнь, другой он тогда не знал, и в ней тоже были свои радости и светлые моменты. И вот сейчас, узнав знакомую атмосферу родного острова, на него нахлынули чувства с такой силой, что на глаза навернулись слёзы.