Но позже историки перестали считать «Илиаду» историческим документом. В XVIII веке скептицизм ученых усилился, и опирались они на фактические свидетельства. Историки пытались отделить истину от вымысла, но в целом Троянскую войну считали легендой. В конце же XIX века за поиски Трои принялся энтузиаст-любитель немец Генрих Шлиман. Он был одним из немногих, кто верил в существование древнего города. В ходе раскопок ему удалось найти руины на территории современной Турции. Со временем стало понятно, что он действительно нашел город, о котором написано древнейшее литературное произведение Запада. Греки сотни лет передавали эту историю из уст в уста, и им удалось сохранить живую память о золотом времени процветания перед наступлением темных времен[48] .

Открытие «Трои» любителем (а в те времена большинство археологов были любителями), разыскивающим артефакты далекой эпохи, стало мировой сенсацией и способствовало стремительному развитию современной археологии. Раскопки начались по всему Средиземноморью и Ближнему Востоку. Человечеству открылся мир, который уже ко временам Афин Перикла (490–429 гг. до н. э.) и Спарты Леонида (540–480 гг. до н. э.) был древним. Троя была лишь малой толикой этого мира. В 1500 году до н. э. геополитический ландшафт региона был весьма разнообразен: Древний Египет переживал период Нового царства; на территории современной Турции и Сирии процветала мощная империя хеттов; на территории современного Ирака располагались Ассирия и Вавилон; на юго-западе Ирана жил народ Элама; Минойское царство Крита было великим морским торговым центром; в Греции господствовали Микены[49] .

Это была эпоха великих городов, роскошных дворцов и изысканной городской жизни. Это был золотой век богатства, власти, письменности, торговли, военного искусства и дальней связи. В современной истории этот период называется бронзовым веком (примерно 3000–1200 гг. до н. э.), он стал пиком развития региона в самых разных сферах. Последний этап бронзового века был фактически пиком развития региона[50] .

Но слава бронзового века продлилась недолго. К наступлению железного века классические цивилизации Греции и Спарты приблизились к уровням богатства, торговли и грамотности, сопоставимыми с высотами прежней эпохи (примерно в 700‑х гг. до н. э.), — фактически древние государства и цивилизации позднего бронзового века вполне могли восприниматься в железном веке так, как в «Планете обезьян» показана наша цивилизация. Остатки их былого величия лежали в руинах, а их история превратилась в мифы и легенды.