— Это будет не бой, — хохотнул я, представляя себе подобную картину. — Просто сметут, и все.

— Есть идеи? — вздохнул Хард, потирая лицо.

— Вообще ни одной. Ну, кроме как сдохнуть красиво, продав себя подороже.

— Ладно, сейчас начнется совещание…

— Я тут полежу, если ты не против, — бросил я, устраиваясь на кушетке. — Вторые сутки не сплю. Все равно у вас там скучно будет.

— Там и твоя судьба решается, между прочим.

— От меня там пользы не будет. Я просто уставшая восьмерка, которая не хочет умирать невыспавшимся. Прикрой дверь, как будешь выходить.

***

— Уверен?

— Абсолютно, — кивнул Черчилль. — Других вариантов я не вижу.

— Иуэ? — мэр вопросительно посмотрел на паренька, которого боялся до дрожи в костях.

— Я ш братом, — произнес тот с набитым ртом.

— Понимаю, — кивнул Хард.

— Я люблю пожратша, но я не бог и чудо не шотворю.

— Понятно, — вновь кивнул Хард.

Сам он к рыбе даже не притронулся, так что Иуэ был единственным, кто самозабвенно набивал пузо во время совещания, совмещенного с ужином. Харду это не нравилось, но Черчилль никого не спрашивал.

А так как связной отказался покидать свой бар, то и совещание решили устроить тут, благо обстановка позволяла.

— Я не смогу выделить вам большое прикрытие.

— Альтаирская химера пойдет с нами, — пожал плечами Черчилль. — Его и Иуэ вполне хватит.

— Не для меня. Вы не втроем отправляетесь, так что людей я вам выделю. Сколько получится…

— Про тебя, думаю, спрашивать, смысла нет, — улыбнулся Черчилль.

— Ты знаешь ответ.

— Благородно, но крайне глупо, — внезапно серьезно произнес Иуэ. — Война только начинается, и твои навыки бы нам пригодились на полях сражений. Ты один из достойнейших лидеров человечества.

Внезапное откровение очень польстило Харду, если учесть, кем оно было произнесено. И в груди заскребся тоненький червь надежды, но мэр быстро задавил его, сочтя проявлением слабости.

— Именно потому я и не могу.

— Ожидаемо, — кивнул Черч.

— И глупо, — подхватил Иуэ. — Что? Дохлый король никому ничем уже не поможет.

— Трусливый король может сделать все только хуже, — возразил Черч.

— Один раз, не пи…

— Иуэ, — произнес Черч чуть серьезней, и у всех присутствующих мурашки побежали по спине.

— Если никто не хочет, передайте канапе, пожалуйста, — тактично ретировался мечник.

Все облегченно вздохнули, а мэр подумал, что без этой жуткой парочки наконец-то сможет вздохнуть свободней. Он до сих пор не определился, кого боится больше: странного мечника и хозяина бара или той орды Иных за стеной.

И внезапно, сам для себя осознал, что больше всех он боится Черного Дьявола из Альтаира, который вырезал лагерь фанатиков голыми руками, будучи заключенным в закаленные эфиром цепи. И сделал это с радостной улыбкой на лице. С учетом того, что маска химеры вообще не имеет функции трансформироваться в улыбку.