Какого восьмерочьего черта тут происходит? Это же алая химера. Она их голыми руками разорвет, а эти кретины опустили оружие и достали свои палки. И самое главное, почему она не защищается? Что тут вообще происходит?

— Старший инквизитор Восьмой? — произнес уважительный голос слева.

— Просто инквизитор, — поправил я третьего солдата, успевшего приблизиться.

— Уже нет, — произнес он, протягивая коммутатор.

Я взял прибор и вгляделся в лицо, изображенное на пленке экрана. Скривился немного, но чего еще можно было ожидать в такой ситуации?

— Отличная работа, Восьмой, — произнесла довольная, улыбающаяся Кирия. — Я рада, что ты справился. Теперь все…

— Что происходит, Кира? — прервал я ее. Но женщина даже не поморщилась на мое вольготное обращение.

— Считай это испытанием, Восьмой. И ты его блестяще прошел. Ты получил, что хотел, как я и обещала. Приезжай в центр вместе с отрядом. Обсудим дальнейшие планы.

— Нет никаких дальнейших планов, Кира, — произнес я сухим голосом.

— Просто выслушаешь мое предложение. И если откажешься, то тебя, как и всех почетных старших инквизиторов, ждет личный дом в третьем секторе и хорошее выходное пособие.

— Восьмерке нечего делать в третьем секторе, Кира, — с грустью произнес я. — Восьмерки не заслуживают дома и пособий.

— Ты не восьмерка, — произнесла высший инквизитор ровным голосом. — Ты сотрудник Департамента с выдающимися заслугами.

— Да, Восьмерка — это я, — произнес мой новоприобретенный глюк. — Но восьмерка тоже хочет домик в третьем секторе. Можно даже с собакой и садиком.

— И бабочками в садике. И в собаке, — поддержал беседу Черный.

— Короче, Восьмой, — продолжила Кира. — Приезжай, обсудим. Если захочешь, можешь хоть обратно вернуться в сектор. Но поверь, в Департаменте тебя ждет поистине великое будущее. Ты же сумел грохнуть самого Черного Дьявола. Нам нужны такие, как ты. Понимаешь?

— Понимаю, — кивнул я.

— Объект обнаружен, — гудел шлем одного из солдат, тыкающих химеру палкой.

— Подготовить эвакуационный транспорт для транспортировки объекта, — вторил ему другой динамик.

— Восьмой, — с теплотой в голосе произнесла Кира. Как делала это давным-давно. Когда нас не разделяло расстояние и лишняя одежда. — Приезжай давай. Отметим. И давай без глупостей, ладно?

— Ладно, — кивнул я.

— Правда? Обещаешь, Восьмой? — улыбалась Кира.

— Обещаю, — снова кивнул я. — Никаких глупостей. Я скоро приеду, и мы все обсудим.

— Хорошо, — ответила она спокойным голосом, продолжая улыбаться. — Буду ждать.

Я схлопнул половинки коммутатора, закрывая дисплей. Посмотрел вокруг. Сердце Черного Дьявола выпало из моих рук. В этой каше расчлененных тел под ногами оно заняло свое место. Двое солдат пытались нацепить магнитные наручники на девчонку, но та постоянно дергалась и билась в истерике.