Тогда ее снова тыкали шокерами, а мелкая химера даже не пыталась сопротивляться. Лишь все больше и больше сжималась в комок плоти, стараясь забиться в угол.

— Больше никаких глупостей, — произнес я. — Обещал.

— Твою ж мать, — проворчал Восьмерка.

* * *

Когда первые броневики инквизиции пересекли площадь, Элис все еще сидела под стеной, прижимая к груди кусок подобранного металла, бывшего недавно пистолетом.

Ее колотило, а мысли путались, несясь галопом в голове. Происходящее казалось ночным кошмаром, но мозг никак не желал просыпаться.

Просветом во мраке стали знакомые черты лица. Во всем этом хаосе и безумии даже этот человек стал лучиком надежды в секторе уныния. Он напоминал Элис те далекие дни, которые она проводила в центре, когда все было так просто и понятно.

Не было восьмого сектора. Не было крови и трупов в таком количестве. Не было огромного и страшного чудовища, скрывавшегося за личиной инквизитора. Никто не хотел ее изнасиловать или сожрать. Все было так хорошо.

Поэтому Элис сама не заметила, как ее тело поднялось с земли, а ватные ноги двинулись в сторону знакомого лица. Медленно, но не останавливаясь, она шла к скале спокойствия в буре хаоса.

Теперь все будет хорошо. Теперь все будет как прежде. Теперь все будет снова нормальным. Она сама не заметила, как вцепилась обеими руками в белый плащ человека. Ее пальцы оставляли бурые разводы грязи на чистой ткани.

— Старший инквизитор Фрост, — прошептала она, но голос предательски дрогнул, а из глаз потекли слезы. — Старший инквизитор. Там, оно, оно, там, всех. Они сражались. Инквизитор Восьмой. С этим. Он тоже. Вы должны…

Слова путались в голове, мысли скакали бешеным галопом, не желая останавливаться. Она пыталась взять себя в руки, но ужасы пережитого вечера наконец прорвались через плотину отчаяния. И затопили чумазое лицо дорожками слез.

А затем пришла боль. Резкая, жгучая. Она растекалась по телу, забирая себе остатки сил девушки. Элис опустила голову и с удивлением посмотрела на спекшиеся края дыры в своей груди. Как раз там, где секунду назад билось ее сердце.

Перевела ошарашенный взгляд на дуло плазматического пистолета в руках мужчины. Подняла голову, пытаясь сквозь слезы рассмотреть лицо со знакомыми чертами. Но оно ведь такое человеческое. Как же так?

— Почему? — прошептала девушка. — Старший ин…

Ее тело покинули оставшиеся силы. Боль забрала все себе. Пальцы разжались, выпуская край белого плаща, покрытого багровыми разводами. Но лицо человека оставалось сухим и бесстрастным.

Старший инквизитор Фрост отошел на шаг от тела Элис, будто бы ему неприятно было находиться рядом с ней. Словно это не от только что спустил курок. Инквизитор поднял голову к окну, где сейчас первая тройка солдат занимала четвертый этаж здания.