Впереди показались кованые железные ворота, и чуть дальше за ними Морана заметила свою машину.

Выдохнув от облегчения, она перешла на бег и помчалась прочь с кладбища.

Возможно, именно благодаря тому, что она внимательно высматривала все необычное, вкупе с абсолютной тишиной, Морана смогла расслышать тихий сигнал, когда подошла к машине, который в противном случае упустила бы.

Звук послышался снова, словно удар хлыста, рассекшего землю, прежде чем коснуться плоти, и ее сердце забилось чаще, а кровь понеслась по телу, точно цунами.

Резко остановившись, Морана опустилась на колени и заглянула под машину. Пальцы впились в размякшую землю, а тело было готово сорваться с места, если ее подозрения подтвердятся.

Подтвердились.

К днищу машины крепилась маленькая черная коробочка с красной лампочкой, мигавшей при каждом звуковом сигнале. Таймера нигде не было, а это означало, ей управляли дистанционно.

Значит, кто-то наблюдал за ней и ждал, когда она подойдет достаточно близко.

Сердце подскочило к горлу, адреналин хлынул в кровь. Морана оттолкнулась от земли, вскочила на ноги и, не теряя времени, рванула в сторону кладбища. Кровь стучала в ушах, а икры горели. Мелкие камешки попадали под ноги, но она бежала, не останавливаясь и ощущая колющую боль в боку. И как раз в этот миг земля под ее ногами задрожала.

О боже, только не сейчас.

Морана, не оглядываясь, рванула вперед. И в тот момент, когда в небе с ревом пронесся самолет, волна горячего воздуха ударила ее сзади и повалила на землю. Жар опалил спину, когда она упала на живот, чувствуя, как из легких выбило весь воздух. Открытую кожу на шее и руках обожгло, рубашка порвалась на спине.

Тяжело дыша, Морана перевернулась на спину и поморщилась от боли, когда потревожила чувствительную кожу. Рана на руке снова начала кровоточить, а кожа покрылась слоем грязи. Морана посмотрела на ворота.

Из ее груди вырвался всхлип.

Ее машина.

Полыхала в огне.

Нет, боже, нет.

Увиденное зрелище запечатлелось в ее сознании. Длинные языки оранжевого пламени окутывали красную машину, высасывая жизнь, превращая в черные обугленные останки прямо у нее на глазах.

Слезы потекли по щекам, пока она смотрела, как ее единственный друг, единственное, что так долго неизменно присутствовало в ее жизни, было жестоко уничтожено. С каждым мгновением Морану наполняли боль и злость. Машина, которая была для нее источником свободы, ее спасением и спутником. Машина, в которой она пела песни во все горло и плакала навзрыд и которая доставляла ее в безопасное место.

Ее машина.