Морана только что видела, как убили человека, сама подстрелила человека, но только сейчас почувствовала, что на нее покусились, только сейчас ее глаза наполнились слезами.
Но не могла ни задрожать, ни заплакать, не могла показать ни намека на уязвимость.
Он стоял позади нее.
Морана выпрямила спину и придала лицу невозмутимое выражение.
– У тебя наверняка есть машина, которую я могу одолжить? – непринужденно спросила она.
– Да, но в такую бурю нельзя садиться за руль.
Его слова заставили Морану обернуться. Она посмотрела в его голубые глаза, на полоску грязи, оставшуюся на щеке после драки на земле.
– Ты беспокоишься о моей безопасности? – в неверии спросила она.
Тристан Кейн вскинул брови.
– Я беспокоюсь за свою машину.
Разумеется. Ей были вполне понятны его опасения насчет машины. Морана кивнула.
– Тогда я просто вызову такси.
Он слегка нахмурил брови.
– Такси не ездит в этот район.
Ну конечно, не ездит. Морана увидела, что дождь льет у входа на парковку как из ведра, и прикусила губу, чувствуя, как все сводит внутри, и пытаясь придумать, как выпутаться из этой ситуации. Отцу она позвонить не могла, иначе все обернется катастрофой. Садиться за руль тоже нельзя, потому что видимость на дорогах нулевая, а ехать ей далеко. Такси тоже отпадает. Какие варианты у нее вообще остались?
Сердце пустилось вскачь, когда ее осенило. Ну нет.
Морана подняла взгляд. Его голубые глаза пристально смотрели на нее, прожигая насквозь своим пылом, заставляя ее кровь кипеть, а пульс стучать в ушах.
Тристан Кейн склонил голову набок, будто изучая ее, а потом заговорил, и ее сердце чуть не выскочило из груди.
– Похоже, вы остаетесь, мисс Виталио.
Глава 8 Поворот
Мгновения.
Удивительные, невероятные мгновения.
Если бы еще пару недель назад кто-то сказал Моране, что она проведет ночь в пентхаусе кровного сына Клана, она бы треснула этого человека по голове. Но, с другой стороны, если бы ей сказали, что она проникнет в дом Марони, она бы тоже в это не поверила. Как не поверила бы и в то противоречивое обстоятельство, что он будет спасать ей жизнь, при этом заявляя о своем исключительном праве на ее смерть.
Невероятно.
Морана в оцепенении шагала к лифту, не в силах поверить, по-настоящему поверить, что проведет ночь вдали от дома, в квартире Тристана Кейна. Такого с ней попросту не случалось. Но вот она шла уверенным шагом, который никак не выдавал ее внутреннего смятения, хотя разум был встревожен из-за идущего рядом с ней мужчины. Правда, она никак не могла понять, как такой крупный мужчина мог двигаться с подобной грацией. Но она видела, как он с такой же грацией взбирался по стене ее дома. Видела, как грациозно лавировал на мотоцикле и сражался с мужчинами, которые были крупнее него. И ее раздражало, что она могла оценить это по достоинству.