– Любопытно, – спокойно заметил он, будто его жизнь не оказалась в ее дрожащих руках. Морана взялась крепче за нож.

– Брось телефон и подними руки, – велела она, и мужчина тотчас подчинился.

Его голос нарушил напряженную тишину:

– Раз я еще не умер, полагаю, тебе что-то нужно.

Невозмутимый тон его голоса отнюдь не помогал ей успокоить нервы. Почему это ни капли его не беспокоило? Морана могла вспороть его. Она что-то упустила?

На ее спине выступила испарина, парик колол кожу головы, но она сосредоточилась на Тристане Кейне. Сняла второй нож с бедра и приставила ему в бок прямо над печенью. Его спина напряглась чуть сильнее, но руки, которые он держал прямо, даже не дрогнули.

– Чего ты хочешь? – спросил он тоном, в котором, как и в его руках, не ощущалось ни намека на дрожь.

Морана сделала глубокий вдох, сглотнула и ответила:

– Флешку, которую тебе дал Джексон.

– Какой еще Джексон?

Морана вонзила лезвие чуть глубже в знак предупреждения.

– Не надо притворяться, будто вы ни черта не знаете, мистер Кейн. Мне известно все о ваших связях с Джексоном Миллером.

Его спина казалась все такой же напряженной, лезвие ножа норовило через миг проткнуть кожу.

– Ну и где флешка?

На несколько мгновений наступила тишина, а потом он кивнул головой влево.

– В пиджаке. Во внутреннем кармане.

Морана удивленно моргнула. Она не ожидала, что он так легко сдастся. Возможно, он был всего лишь трусом подо всей этой брутальной внешностью. Возможно, все слухи и истории о нем были просто выдуманы.

Девушка бросила взгляд на черный пиджак, и все произошло за долю секунды, когда она отвлеклась.

Ее спина врезалась в стену рядом с дверью, а правая рука, в которой она держала нож, оказалась зажата над головой в его крепкой хватке. Ее левая рука с ножом метнулась к ее же горлу, направляемая гораздо более сильным и разозленным Тристаном Кейном.

Ошарашенная таким поворотом событий, Морана посмотрела ему в глаза – в его очень синие, очень сердитые глаза. Она была не готова к этому. Черт, она была совершенно к этому не готова.

Морана сглотнула. Лезвие ножа, зажатого в руке девушки, в которую он вцепился, оказалось прямо возле ее шеи. Она ощутила, как прохладный металл опасно прижался к загорелой коже. Его вторая рука, большая и грубая, держала над головой другую ее руку, сковав запястья пальцами, будто наручниками. Морана почувствовала, как его значительно более крупное, мускулистое тело прижалось к ее телу, теплая грудь – к ее вздымающейся груди, мускусный аромат одеколона заполнил все вокруг, а ноги сковали ее ноги, полностью обездвижив.