— К сожалению, на данном этапе ничего нельзя сказать по поводу возможного наличия или отсутствия магических способностей, — произнес Глебов, подумал о чем-то, морща лоб и будто опомнившись быстро добавил: — Хотя если они все же проявятся, то их уровень точно не будет превышать второй или третий.

Это я и без него знал, но не стал ничего говорить.

— Мы готовы, — сообщил Пацио, поворачиваясь в нашу сторону.

От меня последовал кивок.

— Приступайте.

Началось священнодействие превращение неживого и немертвого в структуру, способную ходить, действовать, говорить, превращая сгустки белковой массы, протоплазмы и аминокислот в человеческое подобие.

Сначала все шло точно, как в секретном ангаре «STB» Южного Бруклина. Появились зародыши, начавшие стремительный рост. Однако затем процесс замедлился, на этапе, когда существа стали напоминать ящериц.

Пацио коротко ругнулся на итальянском и подскочил к артефактом Фламбергов, поколдовал с подключенной к ним отдельной панели с клавиатурой и торжествующе выкрикнул:

— Есть! Готово! Сейчас все пойдет!

Глебов кисло наблюдал за коллегой. В отличие от итальянца, уже проводившего такие опыты и стоящего у истоков экспериментов, гость из Конфедерации участвовал в этом впервые и не знал всех тонкостей процедуры.

А между тем все действительно пошло по плану, возвращаясь к прежним темпам развития зародышей. Буквально на глазах они вырастали, превращаясь сначала в детей, затем в подростков, и в конце — в половозрелые человеческие особи.

Две модели по пять человек, мужчины и женщины, итого два десятка созданий. Атлетически сложены, хорошо физически развиты, с пропорциональными сформировавшимися фигурами.

Глядя на идеальные груди женского образца, я тихо промолвил:

— Если кто-нибудь из персонала попробует использовать особи в качестве секс-игрушек, того я лично утоплю в жидком азоте, а перед этим медленно и вдумчиво порежу на лоскуты. Это понятно?

Несмотря на то, что слова были сказаны негромким голосом их услышали все в лаборатории. И дружно вздрогнули. Я не угрожал, я предупреждал простым обыденным тоном, словно говоря о привычных вещах. И именно это испугало умников в белых халатах. Они сразу поверили и теперь были предупреждены.

Глядя на вполне неплохие первичные половые признаки у образцов-мужчин, я так же негромко добавил:

— К мужским моделям это тоже относится.

Стоящая у дальнего стола женщина, завороженно пялившаяся на плавающие в стеклянных резервуарах тела, вздрогнула, чуть не уронив пробирку с зеленоватым реактивом. Рыжая, высокая, с крупной грудью и тонкой талией, не скрывающей даже белый лабораторный халат, она бросила в мою сторону испуганный взгляд и поспешно отвернулась.