На это и был расчет. Я не случайно собирался вести разговор именно отсюда. Это должно показать собеседникам на другом конце, что я не боюсь не только их, но и тех, кто за ними стоит, внимательно наблюдая за их собственным конфликтом.

Несмотря на все предосторожности, сигнал рано или поздно отследят, когда меня уже здесь не будет, но зато даст пищу для размышлений собеседникам.

Еще один элемент психологической атаки. Притворись слабым, когда силен. Притворись сильным, когда слаб. И введи противника в заблуждение.

В данный момент, я не чувствовал подавляющего превосходства, поэтому приходилось лавировать, притворяясь более уверенным, чем есть на самом деле. Такова суть.

Ведь война — это путь обмана.

— «Соединение установлено».

Экран мигнул, в окошке программы появилась затянутая в клановую униформу фигура дежурного в приемной.

— Слушаю, — он поднял на меня немного удивленный взгляд. Номер по которому шел звонок не был в общем доступе и обычно выполнял роль канала для срочных сообщений. Мне здорово пришлось раскошелиться, чтобы узнать этот набор цифр.

— Ты знаешь кто я?

Пауза, совсем молодой парень в мундире клана Саграси нахмурился. Не с такими обычно вопросами начинались входящие вызовы.

— Простите, но кажется вы ошиблись номером… — сказал он и вдруг резко замолк. Взгляд метнулся в сторону, за пределы камеры, на боковой экран, куда выводилась дополнительная информация.

— Вижу узнал, — я удовлетворенно кивнул.

Разумеется, опознал меня не дежурный на посту для приема важных звонков, а программа распознавания лиц, встроенная в операционную систему комп-терминала.

— Да, ваша светлость, — запнувшись, тем не менее вежливо ответил офицер клана хозяев Сан-Франциско.

— Я хочу поговорить с лордом Александро, — властно произнес я.

Еще одна более долгая, чем предыдущая пауза.

— Минуточку, — парень в униформе кивнул. Экран мигнул и сменился заставкой со стилизованным изображением герба клана Саграси.

Я отпил из чашечки с кофе, огляделся. На улице малолюдно, несмотря на относительно теплый вечер большинство горожан предпочло проводить время дома, сказывалось влияние недавних событий, потрясших мирный провинциальный городок.

Посетителей в кафе мало, в основном смуглокожие: арабы, индусы и другие приезжие, кого не пугала возможная опасность. Дома у них случалось шумнее.

Глядя на совсем не арийские лица, я хмыкнул. Еще одно веяние времени, тихая Австрия превращается в прибежище для приезжих с востока. В прессе недавно мелькнула заметка, что почти половина учеников Вены начальных и средних школ исповедует мусульманство. На газету тут же обрушились с гневной критикой, обвиняя в расизме, нетерпимости и ксенофобии. И сделал это не какой-нибудь муфтий, как можно было бы ожидать, а член муниципального собрания города, носивший вполне обычную австрийскую фамилию.